Самолет сел плавно — его словно притянуло к земле магнитами. Мои соседи вдруг ожесточенно захлопали. — Хотят согреться, — догадался я и похвалил себя за то, что полчаса назад наклеил на спину, руки и ноги перцовые пластыри. Мысль о своей предусмотрительности грела не меньше. В России все сразу показалось странным: как будто жители догадались, что я иностранец. И синхронно сняли свои тулупы, валенки и шапки-ушанки. Их одежда не сильно отличалась от того, в чем ходили европейские граждане. Впрочем, меня об этом предупреждали перед отъездом. — Русские очень опасны и наверняка захотят показать, что живут в цивилизованной стране. Они спрячут ушанки, а также медведей. Обычно животные играют на балалайках на Красной площади. Во время прогулок по русской столице я понял, где укрывают медведей — территория Кремля поразила размахом. А в Мавзолее лежал мужчина, которого не прятали, но брали деньги за визит к нему. Я не понял, кто это, но подумал, что он как-то связан с медведями и водкой. Я