Солистка Красноярского театра оперы и балета имени Дмитрич Хворостовского, заслуженный работник культуры Красноярского края Анна Киселёва спектаклем "Tosca" отметила своё двадцатилетие пребывания на сцене.
- Почему была выбрана именно "Tosca"?
- Она для меня очень символична. Моя бабушка Мария Григорьевна Самойлова обладала изумительной чистоты сопрано с природной постановкой голоса. Она подарила мне книгу о румынской певице Хариклее Даркле, которая произвела на меня неизгладимое впечатление. Это была певица, исполнявшая весь женский репертуар.
Мы ведь поём определённым голосом - сопрано, меццо-сопрано, контральто, а она исполняла весь репертуар для женского голоса - от колоратурного сопрано до контральто. Даже Ваню в "Иване Сусанине" пела в Петербурге в конце XIX века. Такого примера в своей жизни я больше не встречала.
Через несколько лет, уже будучи солисткой театра, узнала о существовании конкурса имени Хариклеи Даркле в Румынии, в городе Брейла, где родилась певица. Поехала не задумываясь, хотя добиралась туда поездом пять дней и пять ночей.
Спела удачно, став дипломантом конкурса. Когда приехала, была меццо-сопрано, однако компетентное жюри во главе с мировым королём баритонов, румынским певцом Николае Херля и мега-звездой Марианой Николеску, сказали, что я - сопрано. Решила перейти в это амплуа, а через два года вернулась на румынский конкурс и получила очередную награду.
Несколько лет назад спела премьеру "Tosca", причём в том же возрасте, в каком была Хариклея Даркле, исполнявшая это произведение Пуччини, написанное именно для неё. И когда речь зашла о бенефисе, сразу подумала о "Tosce".
- Двадцать лет на сцене - много это или мало?
- Когда была маленькой, мы с бабушкой часто смотрели фильм "Волга-Волга". Бюрократ Бывалов, которого играет Игорь Ильинский, говорит: "Чтобы так петь, двадцать лет учиться нужно". И я думала: "Вот это да! Двадцать лет! Это же целая жизнь!" А сейчас понимаю, как всё в жизни относительно.
- Возраст у вас замечательный, есть о чём мечтать, о чём думать, к чему стремиться...
- Не ограничиваюсь одним лишь театром. В моей жизни много концертных программ - русские романсы, французский шансон, песни из репертуара Анны Герман и Клавдии Шульженко, произведения военных лет, даже бардовские песни есть. На 9 Мая пою "Панамки" Вадима Егорова - зрители без слёз слушать не могут.
- Помню, какое потрясение довелось испытать на премьере "Медеи". Как вы работали над этой партией?
- Очень сложно. Очень долго. Несколько месяцев открывала клавир - и закрывала. Огромный вокальный материал. Психологически сложно было начать работу. Как утверждается в моей любимой немецкой поговорке: "Все начала тяжелы". Трудно было до тех пор, пока не поняла, для чего я, певица Анна Киселёва, в XXI веке выхожу с этой даже не партией, а ролью. Когда это поняла, стало легко.
- Было ли в вашей творческой биографии что-то ещё настолько сложное, или можно сказать, что "Медея" - ваш наивысший уровень?
- Наверное, "Медея" - мой пик, творческая вершина. После неё даже не знаю, что хотела бы спеть? Хотя, нет, знаю... Есть в душе мечта исполнить "Чио-Чио-сан" как контраст к "Медее".
Опять же это музыка Пуччини. Мне нравится этот замечательный композитор. Я в нём себя хорошо чувствую. Если над "Медеей" работала год, то Тоску, выучила за полтора месяца. Настолько легко она сразу легла на голос.
- Вы готовы выступать в любом зале. Поёте в филармонии, в Доме кино, Доме офицеров, органном зале, на своей родной сцене, в исправительных учреждениях...
- Причём чувствую себя везде отлично. Сотрудничаю с Домом искусств, мы охватываем зоны Красноярского края и за его пределами, которых у меня уже больше тридцати - подростковые, мужские, женские. Это, наверное, единственная площадка, на которой петь довольно сложно.
У меня есть несколько песен, которые называю "тяжёлой артиллерией" и стараюсь их петь всегда. И вижу слёзы, независимо - мужчина это или женщина. Пытаюсь пробиться к их сердцам, к их душам, может быть, разбудить в них то, о чём они и сами не знают.
- В 2009 году вы стали лауреатом конкурса авторской песни. Неужели ещё и сами пишете?
- Ну что вы! Просто люблю участвовать в городском фестивале "Красноярск поёт Высоцкого". Следующий концерт фестиваля состоится в день рождения Владимира Высоцкого 25 января.
- У вас были замечательные наставники - народные артисты СССР Елена Образцова, Ирина Архипова, Владислав Пьявко.
- Была на мастер-классах Федоры Барбьери, Гундулы Яновиц, Марианы Николеску, Александрины Милчевой, Каролин Мазур. Несколько раз занимались с болгарским дирижёром Драгомиром Неновым, работая над партией Аиды.
С Еленой Васильевной Образцовой общались на мастер-классе, который она вела с другими певицами. Женщина, любившая пошутить, очень позитивная, с большим чувством юмора, что весьма хорошо для певца.
В 2006 году была стипендиатом фонда Ирины Архиповой, занималась с Владиславом Ивановичем Пьявко, мы с ним работали над партией Лизы в "Пиковой даме". Вытаскивал всю душу, и выходила затем от него, как выжатый лимон.
- С Дмитрием Хворостовским не довелось выступать?
- К сожалению, нет. Только как зритель присутствовала на всех его концертах в Красноярске. Что касается просто общения, то моя мама, Людмила Васильевна Киселёва, была преподавателем института искусств, вела сценическое движение и фехтование.
Дмитрий прошёл у неё двойной курс обучения вместо положенного годичного. Приходил дополнительно, даже бывал у нас дома. В прессе писали, что он хорошо фехтует в опере "Трубадур", где много подобных сцен.
На концерт в МГУ меня пригласил Владислав Иванович Пьявко, а после концерта в кулуарной беседе общались с самим Дмитрием. На этом вечере присутствовал его отец. Дмитрий пел сложную музыку, вокальный цикл Шостаковича на слова Микеланджело, а во втором отделении - романсы Пушкина. И монолог Яго из "Отелло" Верди.
- Что вы делаете после исполнения сложнейшей партии?
- Просто надо помолчать - хотя бы на следующий день, устроить день тишины. И хорошо выспаться. Однако бывает по-разному: театр есть театр.
Сергей ПАВЛЕНКО.
Полный текст интервью с Анной Киселёвой читайте на сайте "Красноярского рабочего".