ИСТОРИЯ ТРИНАДЦАТАЯ. СПРАВЕДЛИВОСТЬ
Шрамы украшают мужчину. А женщину?- уродуют? Портят? По мне так шрамы –это как каракули на полях школьных тетрадях, напоминают о чем-то или о ком-то. Конечно шрамы бывают разные, и бывают случаи разные, о которых и помнить-то не хочется. Но ты все равно помнишь.
Я была в первом классе, когда из старого дома мы переехали в новую кооперативную квартиру на пятом этаже. Сейчас дома строят сразу с придомовой территорией, дорожками, спортивными площадками, парковками. А нам повезло больше – мы жили среди стройки. Играли среди бетонных блоков недостроенных домов, бегали по дорогам, отсыпанным щебнем, вязли в цементной жиже. И не хотели возвращаться домой, нам было интересно. А еще мы жевали гудрон и воровали карбид. Как некоторые из нас выжили –фантастика?!
Первые соседи сдруживались быстро, буквально за один день. И вот стая детворы от 6 до 12 лет носилась по дворам, кормила собак, плавала на плотах и застревала в плитах перекрытия, сваленных на пустыре. Кто-то кого-то догонял, кто-то с кем-то дрался, но с чего ради какой-то пацан решил толкнуть меня в спину осталось загадкой. И я с разбегу лечу по щебенке. Встаю, полная злости и гнева: руки содраны, глаза мечут молнии, а из коленки торчит камень. «Хи-хи-хи! Чё, как девчонка заревешь и побежишь маме жаловаться?». Ладно, думаю, упыренышь, дождись меня. И вытащив камень из ноги похромала домой.
В наших новых домах лифты заработали примерно через год после того как все заехали по квартирам, поэтому на пятый этаж я прыгала на одной ноге, держась за перила. Когда мама увидела меня такую распрекрасную: платье грязное, руки ободраны, по ноге хлещет кровь – она тихо сползла по стенке, и отказывалась меня выпускать обратно. Но я решительно настояла (блин, могла же когда хотела), и после промывания, бинтования и переодевания вышла на поиски. Правосудие должно было свершиться.
И оно свершилось. Дети так и играли во дворе, и мой обидчик не рассчитывал меня снова увидеть. Я подошла к нему, и со словами «Только подлецы толкают в спину», пихнула со всей злости в грудь. Эпично округлив глаза и размахивая конечностями это чудище бухнулось на пятую точку. «Герой –попа с дырой» распустил сопли –слюни, и размазывая их по лицу грязными ладошками помчался прочь. Я в тот момент стала чуть выше, и старше, ей-богу. А обижать меня боялись даже старшие товарищи. Мало ли…