Эта метаморфоза произошла с правозащитным центром «Андурский и партнёры» (в дальнейшем «правозащитный центр»). Впрочем, речь об этом уже шла. См. https://zen.yandex.ru/media/id/5d7c906079c26e00ae521ed6/nepriznannaia-metamorfoza-5dd8e3abf45e3c5279dec284.
Напомню, что 21.11.2019 года Кировский районный суд Казани, куда я обратился с заявлением об установлении юридического факта, решил, что правозащитный центр частным учреждением всё же не стал.
Теперь это решение я намерен обжаловать в Верховный суд Республики Татарстан (РТ). Но, прежде чем излагать свои доводы, приведу два определения.
1. под общественной организацией (ОО) законодатель понимает добровольное объединение граждан, основанное на общности их интересов. ОО создаётся для удовлетворения духовных или иных нематериальных потребностей объединяющихся, защиты их интересов и достижения иных не противоречащих закону целей (ст. 123.4 ГК РФ).
2. Учреждением законодатель признает унитарную НКО, созданную в целях осуществления функций некоммерческого характера (ст. 123.21 ГК РФ).
Организация может быть политической, религиозной или коммерческой. Но в любом случае – это будет союз, а цель союза определяет учредительный договор. А члены союза имеют равные права и обязанности. Иными словами, организация –это система горизонтальная.
А вот учреждение – это всегда иерархическая, права и обязанности которой регламентирует устава, утверждаемый создателем этой системы.
Статус создателя и предопределяет вид учреждения. И поскольку изначально правозащитный центр был создан одноимённой ОО, то вид он имел общественного учреждения.
А когда численность ОО снизилась до одного человека (в её составе остался один только заявитель, он же председатель правления правозащитного центра), ОО фактически утратила статус «общественная организация», поскольку в составе не может быть менее троих участников. Соответственно учреждённый этой ОО правозащитный центр стал частным учреждением.
И теперь эту ОО нужно либо ликвидировать, либо реорганизовать, а правозащитный центр, не имеющий самостоятельной регистрации, зарегистрировать в виде частного учреждения.
К рассмотрению заявленного мной требования в качестве заинтересованного лица суд привлёк Управление Министерства юстиции РФ по РТ.
Представитель Управления в удовлетворении заявленного мной требования попросил отказать. В обоснование этой просьбы он привёл аргументы, которые, на мой взгляд, не имели отношения к делу.
Представитель указал, в частности, на право ОО преобразоваться в ассоциацию (союз), автономную некоммерческую организацию или фонд (ст. 123.4 ГК РФ).
Теоретически такого рода преобразование возможно. Однако решение о реорганизации члены ОО принимают квалифицированным большинством голосов. Но о каком большинстве может идти речь, если в составе ОО остался всего один человек?!
Учитывая, что утрату ОО способности принимать решения, заявитель попросил суд принять решение о принудительной реорганизации ОО, с передачей её прав и обязанностей юридического лица созданному этой организацией правозащитному центру.
Суд в удовлетворении моей просьбы отказал. Я же, учитывая, что этот отказ чреват прекращением правозащитного учреждения, в чём нет ни государственной, ни, тем более общественной целесообразности, решил обратиться в Верховный суд РТ с апелляционной жалобой, потребовав решение Кировского районного суда Казани от 21.11.2019 г. по делу № 2-2847/2019 отменить, по делу принять иное решение.
Свой прогноз о возможных результатах апелляционной жалобы сделали пользователи социальной юридической сети https://www.9111.ru. На вопрос «Будет ли удовлетворена апелляция» 16.7% проголосовавших ответило положительно; отрицательный ответ дали 8.3%; нейтральный – 50%; затруднилось с ответом 25% участников голосования. См. https://www.9111.ru/questions/777777777780196/.
Как мне представляется, действия сотрудников Управления свидетельствуют о том, что это государственное учреждение заинтересовано в ликвидации успешно действующего правозащитного центра.
Но каким бы ни было апелляционное определение, это правозащитное учреждение продолжит свою уставную деятельность вне какой-либо зависимости от судьбы создавшей его общественной организации.