Смотришь вниз, а там все зыбко. И дрожит себе, плывет. Будто бы ты находишься не в квартире на верхних этажах, а, по крайней мере, в каком-нибудь городе среди облаков и там, далеко внизу - земля с ее муравейниками, заботливо укрытая белесым пледом.
Не то, чтобы я большой любитель просыпаться по утрам. Порой даже думаю, что неплохо бы завязать с этой дурной привычкой. Однако это, пожалуй, как курение - привычно и уже часть тебя, так что фиг отвяжешься.
"Тебя ждет поезд на том вокзале, никто не ждет меня в Зазеркалье", - тихо и грустно пожаловался мне голос из колонок. Отлично тебя понимаю, дружище. Вот только с поездами тоже неладно - билеты в наше беспокойное время дороговаты, да и не всегда в продаже имеются. Но с Зазеркальем, пожалуй, и того сложнее будет. Обидно, пожалуй, когда даже там не ждут. А остальное можно пережить.
Дзынь! Бубуку, спящую на половичке у двери, слегка подкинуло от неожиданности. И кого же принесло в 8 с чем-то утра, да в будний день еще? Соседи на работе, знакомые тоже при делах. Вот я, конечно, злостный прогульщик, но не всем же такими быть? Наверное, опять тетка-управдом насчет субботника. Открывать - не открывать? А вдруг меня дома нет? Однако звонок не унимался. Кошка посмотрела на меня с укором и степенно прошагала в комнату. Вот разве что головой не покачала. Ну, ладно, ладно, я уже иду.
А за дверью стояла неожиданность собственной персоной. Конечно, стоило предполагать, что рано или поздно давнишний друг все же объявится, но не думалось, что именно здесь и сейчас, вот в это туманное, обычное утро. И даже без предупреждения. Впрочем, так интереснее.
- А я в гости, - немного смущенно сообщил он.
- Это вовремя, у меня как раз кофе вскипел, - кивнула я, - тебе эклеров или лучше бутерброды с колбасой?
- И того, и другого, и можно без хлеба, - протараторил друг, развязывая шнурки на ботинках - ты даже не поверишь, какой я с утра пораньше голодный. Съел бы, сейчас, пожалуй, среднеупитанного слона, если бы такой в твоем холодильнике завалялся.
- Слонятины прикупить не успела, увы, - я виновато развела руками, - не знала, что ты сегодня придешь. А все остальное - всегда пожалуйста, к вашему распоряжению.
Докторская колбаса в самом скором времени была порезана на ломтики, эклеры - изъяты из упаковки, а кофе аппетитно дымился в расписных чашках. Правда, ручки у чашек были безнадежно отбиты - Бубука тоже жуть как любила свежезаваренный кофе, но так и не отучилась разгуливать по столу во время завтрака. Однако друга моего, как было видно, по пути ко мне не успели подменить коварные феи, а потому его, как и прежде, совсем не смущали такие мелочи.
- Ты прости, что я вот так вот, как снег на голову, - извинился он, аккуратно стаскивая кошку со стола к себе на колени, - просто не виделись же давно, а я тут мимо проходил. Дай, думаю, загляну. Тем более, я тут в последний раз. Грех не попрощаться.
Я вздрогнула и чуть не выронила чашку из рук. Вот уж чего терпеть не могу - так это прощаться. Свеклу я тоже терпеть не могу, но согласна даже килограмм винегрета съесть, лишь бы только людей хороших не терять. Уж слишком сильно это не по мне.
- С чего это вдруг? Отъезд, что ли? И вот так, внезапно? - обрушила я на друга град вопросов.
- Да, можно сказать и так. Отъезд. Дела срочные образовались. Заняться ими надо.
- А надолго они, эти дела? Ты же вернешься потом, наверное? - я продолжала растерянно вопрошать.
- Не думаю. Эти дела так просто и сразу не улаживаются. Попрощаться вот зашел. Кофе попьем, поговорим, - слова моего друга прозвучали даже не грустно, а... как-то отстранено, что ли. Будто с листочка текст читает. А в глазах туман какой-то. В глазах туман, на улице туман, и в мозгах туман - вроде вот он, друг, рядом сидит, а вроде и не он, сам на себя не похож, тоска берет от него такого. Бубука коротко и как-то испуганно мяукнула, слетев с его коленей шерстяной пулей. Друг же уставился в окно, растерянно продолжая гладить то место, где только что была кошка. А Бубука - вот она, спряталась за мою ногу и дрожит, как маленький котенок. Тумана испугалась.
- Пойду-ка я в комнату, телевизор выключу, - говорю так, будто работающий телевизор - самая важная на свете проблема. Пусть оно так и будет. Ну пожалуйста.
- А знаешь, я же... - друг внезапно оживился, став на мгновение менее туманным, но тут же махнул рукой, - впрочем, ладно, это неважно. И вправду - телевизор бубнит. Громко очень. Раздражает. Выключи, а?
Киваю, направляюсь в комнату. Бубука скользнула за мной тенью, бросив на прощание опасливый взгляд в сторону кухни. Ну, будет тебе, кошка, будет. Не могли же нас провести какие-то там феи? Мы с тобой воробьи тертые-перетертые, калачом на мякине не проведешь.
Как же я не люблю этот телевизионный бубнеж - все мысли путает. А на экране ведь ничего нового. Очередной перевернувшийся автобус. Выживших нет. Лицо моего друга мелькает всего лишь на секунду - многие, знаете ли, всю жизнь мечтают, чтобы их хоть на мгновение показали по телевизору, а он вот взял и воплотил чьи-то чужие мечты. Правда, посмертно.
Выключаю телевизор, спешу на кухню. Не успела - уже ушел. Даже кофе не допил. Обидно. Бубука сидела на подоконнике и вглядывалась куда-то в зыбь. - Не разглядишь ты там ничего, подруга, - я почесала кошку за ухом, - видишь, какой туман? В нем и себя-то не видно. А уж других и подавно не отыскать.