Святой отец проснулся и поежился- в окно повозки, покрытое ледяным узором, напоминающим о морозной ночи, кто-то яростно стучался. Пытаясь сообразить, где он находится, отец судорожно полез в нагрудный карман за часами. Холод гладкого корпуса тут же обжог ему руку - часы показывали половину пятого утра. Изо рта шёл пар-повозка изрядно промёрзла за время простоя. Стук усилился. Не без усилия отец справился с заледеневшим замком на двери и неуверенно выглянул из повозки. Было ещё темно и трудно разглядеть кто стоял на обочине, но вместе с холодным отрезвляющим воздухом в нос священику ударил аромат свежеиспеченного хлеба и медовухи. Он понял-добрались до деревни. Глаза его привыкли к темноте и он, наконец, понял кто стучал в дверь -сломанная ветка старого вяза раскачивалась и монотонно ударяла дверку повозки. Отец вылез и торопливо поспешил к ближайшему строению, надеясь застать там нерадивого извозчика, оставившего его одного замерзать. Остановившись в сенях, святой отец услышал приглушенный смех и звяканье посуды - в доме явно трапезничала большая веселая компания.
Немешкая, он несколько раз дёрнул на себя дверь, спеша поскорее отвлечься от дурных мыслей, но дверь не поддалась, а голоса тут же умолкли. Инстинктивно отступив назад, священник споткнулся и, глянув под ноги, остолбенел. Из под лавки растекалась богровая лужа в центре которой лежал мешок. Кровь? Проверять не хотелось, гнетущая тишина давила на уши и отец, не оглядываясь назад, поспешно выскочил за дверь. За спиной послышались тяжёлые шаги.
Добежав до повозки священник с облегчением увидел что лошадь стоит рядом с ней. С неожиданной для такого грузного мужчины легкостью, священник вскочил на неё и, пришпорив, поскакал. Не хотелось оглядываться и думать об оставленном извозчике, в конце концов, он сам виноват что пошёл в этот дом в одиночку. Да и не чем было помочь ему, с одним лишь крестом да священным писанием против головорезов не пойдёшь. А то что это были именно они священник был уверен совершеннно, не даром ходят легенды о полностью опусташенных деревнях и сотнях убитых ими крестьян. Погони он за собой не слышал и вскоре позволил лошади перейти с галопа на лёгкую трусцу. Сердце все ещё колотилось как бешеное, но облегчение от осознания что ему удалось спастись уже пришло, священник даже немного повеселел-пейзаж перестал быть таким удручающим, а с неба летели огромные хлопья снега. Он на минуту задумался, что совсем скоро рождество и ему предстоит долгая ночная служба, но тут же одернул себя- сначала надо завершить дело. Следующие пару часов отец провёл в размышлениях и наконец, осознал бедственность своего положения - он, не выезжавший раньше дальше соседней деревни, остался совсем один на большой дороге и понятия не имел куда ему дальше держать путь. Как ему выполнить своё предназначение, лишившись даже верного направления движения? И пусть он и раньше знал не много-лишь название города, куда ему нужено держать путь, но сейчас... сможет ли он до него добраться один? Выхода не было, вернуться он не мог и принял решение ехать вперёд до ближайшей деревни, а там нанять возницу или разузнать маршрут. Священик уже много лет не сидел в седле и вскоре ноги его начали ныть с непривычки, а руки то и дело выпускали поводья от усталости. Прошло ещё несколько часов и солнце уже клонилось к горизонту, когда он наконец разглядел вдали дымок, поднимающийся от крестьянских жилищ.
К вечеру он уже был на месте, и, договорившись с возницей, которому не только щедро заплатил за повозку, но и освятил, по просьбе стареющей матери, дом, принял решение заночевать у сердобольной вдовы кузнеца. После сытного ужина дела его показались священнику не столь плачевными - менее чем через сутки он будет уже на месте, а там дело за малым. Ночь он проспал мертвецким сном, а на утро, погрузившись в новую повозку, принялся расспрашивать возницу о странном доме, где он побывал давече. Возница толком сказать ничего не мог, и священник, не решившись рассказать о произошедшим, начал было листать старый зачитанный молитвенник, но никак не мог сосредоточиться - буквы словно скакали у него перед глазами. Пора было начать готовиться к предстоящей встрече...