Некомфортный разговор в студии проекта «Правда-24»,,,
– Вас в своё время польские коллеги наградили... По совокупности, как говорится, или за какую-то конкретную работу?
– Нет, они сказали: за сотрудничество с Анджеем Вайдой в спектакле здесь в Москве, и за картину «Катынь».
Но, в основном, думаю, что, за картину «Катынь». Я играю там русского офицера, который спасает польскую женщину. И поляки очень тепло и положительно относятся к этому персонажу. Это приятно.
Свой первый приз, кстати, вообще в жизни я тоже получил не в России. Я получил его в Германии за лучшую мужскую роль в 1996 году. Это самый первый приз. У меня до этого не было ничего вообще. Лента называется «Последний курьер». Я играл там главную роль.
– Гармаш – фамилия украинская.
– Совершенно верно.
– И родились вы в Херсоне.
– Да.
– Но при этом у вас как позиционирование? Сейчас начали делить по национальностям. Вот, допустим, я читаю про Коротича, написано: «Советский и украинский поэт, писатель» и прочее. Вы – советский и русский? Или советский, русский и украинский?
– Это серьезный вопрос.
– И Гармаша, наверное, хотят все числить как своего?
– Дело в том, что, скажем, я не обделен вниманием ни украинских СМИ, ни украинского кинематографа. Я получаю оттуда огромное количество предложений. У меня там огромное количество друзей. Кроме всего, это моя родина. Живут там родители. Но, понимаете, вот это вот деление – это до такой степени неправильно и до такой степени это серьезный вопрос, что если бы сказать все откровенно по этому поводу, мне закроют въезд туда, на Украину.
– Тогда не будем.
– Понимаете, я отношусь к этому исключительно не с точки зрения какой-то политической и национальной, а только с точки зрения культурной. И если вспомнить нашу историю и нашу культуру, то очень трудно будет нас разделить. Начиная с городов, которые построены были русскими людьми, русскими царями, русскими архитекторами. И потом, переходя постепенно к кинематографу, к литературе и ко всему прочему, – то вот где здесь эту линию раздела делать, этого просто-напросто не получится. Или получится так, что от какой-то из двух культур не останется ничего.
– Это правда. А родители у вас – этнические украинцы?
– Они – этнические. Но дедушка по маме у меня поляк. А родился он и вырос в украинской деревне.
– Это который Ипполит?
– Да. Он родился и вырос в украинской деревне. Вторую часть жизни прожил в Евпатории. А у папы абсолютно украинские корни. Есть какой-то у него и цыганский корень. Но к стыду своему, я в этом смысле плохо образован. Мне все хочется залезть на какой-нибудь сайт – но я так их боюсь и так им не верю…
– Это правильно.
– Но знать бы надо, конечно, свою родословную. Папа у меня из Луганской области. Из украинской семьи. Из кулацкой семьи, можно сказать. Моя бабушка была 12-ой в семье. У нее было 13 братьев. И вот, понимаете, думаю, как такую семью можно было прокормить? Конечно, когда там было шесть или семь коров, – это уже были кулаки. А на самом деле, как мне рассказывал дед, были простые люди. Потому что, говорит, просто нужно было что-то кушать.
– Ну да. А вы по-украински говорите?
– Говорю. И более того, я же сыграл «Белую гвардию» на украинском языке. До этого у меня был опыт просто озвучания на украинском языке. Полковника Козырь-Лешко. Я даже много сам редактировал. Мне очень слух сильно режет, когда я, скажем, вижу какие-то русские фильмы, и в них начинают говорить по-украински неправильно.
– А бывает такое, да?
– Очень часто.
– Я думал, только в Голливуде.
– Здесь же есть Маковецкий. И огромное количество актеров с Украины, которые прекрасно знают язык. Я и Шевченко знаю наизусть. Но это из школьной программы, я ведь в школе-то учил украинский язык.