Часть 1
Игры ума. Или как складываются наши выборы...
Забавно. Почти 30 лет назад я сбежала из журналистики, а сейчас начала писать. И не просто о бабочках, а о себе. Никогда не думала, что это возможно. Интроверт по природе, и чтобы откровенничать...
Видимо, всему свое время. Сейчас мне есть, чем поделиться.
Вот я и позволила быть своей истории.
Прежде, такой рассказ я бы посчитала неуместным душевным стриптизом. Теперь же думаю, что никакой великой тайны в этом нет. Отношусь к этому философски, как к обобщению опыта. И то, что планировала несколько лет, написала за одну ночь.
Историю начну издалека. Тогда будет понятно, как детство повлияло на мои жизненные выборы.
Итак, родилась я на Кубани в маленькой деревеньке, вблизи Армавира.
Детство, как детство. Ничего примечательного в школьные годы.
Если не считать того, что училась я во вторую смену, и ездила в школу в соседний городок. Только вот, водитель школьного автобуса часто меня «забывал» . И в кромешной темноте я топала 3 км одна…
На дороге ни единого фонаря. Вот где был ужас для ребенка начальной школы. Мама допоздна работала, и когда чувствовала неладное, шла меня встречать. Но чаще, приходилось идти самой. Так что, знание для меня отнюдь не всегда было светом. Странно, что тьма, в прямом смысле, не отбила у меня всякое желание учиться.
Уже во взрослой жизни я не раз работала с тем детским страхом. Страхом брошенности, беззащитности и одиночества. Сколько же там было оставлено боли!
Все пережитые травмы не забываются и не исчезают в недрах нашей памяти. Они продолжают жить своей жизнью и забирать энергию на
их содержание в нашем теле. Рано или поздно они проявляются неожиданными болезнями, неясными диагнозами.
Это и есть психосоматика. И свыше 90% заболеваний имеют эту природу. Так незаметно, как радиация, неразрешенные и не прожитые эмоции и травмы дают о себе знать через тело. А поводов к негативным переживаниям всегда предостаточно.
Возможно, пережив свои детские страхи, позднее я выбрала своей областью работы в психологии именно работу с травматикой и негативными эмоциональными состояниями. И ни разу не пожалела
об этом. Это не просто, но точно того стоит.
С эмоций начинается все. Они запускают мысли, которые приводят
к действиям, или бездействию, из чего и складываются результаты.
Для меня это так. Возможно, кто-то видит иначе. Но это же моя история, и я пишу только о себе и своем опыте.
В старшей школе уже не стало автобуса. Всех отправили в другую школу,
и я одна ходила по знакомому маршруту туда и обратно 6 км в день. Повезло - уроки уже были в 1-ю смену. Я росла и училась сама по себе. Примерная девочка, забот родителям не доставляла. Мама всего то и была в школе пару раз на родительских собраниях. Я хорошо контролировала себя сама. Просто учеба была моим естественным состоянием.
Особенных развлечений не было. Но с детства мне не знакомо было чувство скуки. Моими друзьями были книги. Уже тогда меня привлекала психология. Карнеги я перечитывала десятки раз.
С 4-го класса я уже ездила сама на поезде к родственникам в Киев. Осваивала их библиотеку, одна гуляла по городу. Сестра часто брала меня в свои студенческие компании. Много лет спустя, она с мужем удивлялась, как я могла держать их секреты, когда меня расспрашивали ее родители, что да как там было в этих походах на Днепр. Я была кремень. Просто умела держать чужие тайны уже тогда.
А там была обычная студенческая жизнь. С песнями под гитару у костра, душистой картошкой и винцом. Конечно, винцо было для них - взрослых. Так все 5 лет студенческой жизни моей сестры я оставалась прописанной в их дружной компании.
Незаметно и я подошла к окончанию школы. В аттестате пятерки, лишь 2 четверки по математике. Эти предметы не были моей сильной стороной.
За следующие 30 лет мне так и не пришлось вычислять корни квадратные и искать катет с гипотенузой. Зато моя любовь к языку и литературе очень пригодились во взрослой жизни.
Уехала из дома в 17 лет. На следующий день после выпускного. Поехала
в гости к сестре в Ашхабад. Там и осталась. Сначала работала в проектном институте, а через пару лет поступила на филфак университета.
В те годы учеба в универе заштатной республики была очень суровой. Все преподаватели были авторитетами. Может, дело было во мне. Только это был жесткач. На 3 осенних месяца мы отправлялись собирать хлопок. А когда возвращались на учебу, с нас спрашивали по полной программе.
На зачет и экзамен стыдно было идти, не зная всех билетов. Вот только с туркменским языком у меня не сложилось. Так я его и не выучила. Возможно потому, что мне не суждено было остаться в Туркмении.
Меня ждали крутые перемены.
Неожиданно, после 4-го курса, за отличную успеваемость четверым студентам потока предложили перевод в столичные университеты. В числе этой четверки была и я. Тогда у меня был выбор: Москва или Ленинград. Я выбрала Ленинград, потому что в Москве у нас были родственники, и мне не хотелось их напрягать. Так я оказалась в Ленинграде. На факультете журналистики ЛГУ.
Это был первый поворот моей судьбы. При всей любви к языку, я слабо представляла специфику этой профессии. Во всяком случае, не была
к ней готова. Я выбрала языковую кафедру и прекрасного научного руководителя. А вот на курсовых практиках я начала догонять, что как-то не слишком подхожу для этой работы. Есть в ней такая тонкая грань между деликатностью и бестактностью, и я со своим тонким чувствованием, плохо вписываюсь в эту профессию. Так я думала.
А раз есть определенные чувства и мысли, события происходят тоже определенные. И на преддипломной практике у меня и разыгралась профессиональная "драма" в двух действиях.
Калининград, партийная газета, начало перестройки. На словах можно все, на деле – знай свое место.
Практика в отделе писем подходила к концу, когда завотделом отправила меня с редакционным заданием по одной жалобе. Женщина просила повлиять на зятя-тирана, который над ней издевался. Только это было частью правды.
Другую ее часть, в редакционной спешке, мне дать забыли. Заключалась она в том, что дядька - бывший военный хирург, а ныне спившийся и дважды пациент психушки.
Стоя на пороге квартиры, всего этого я не знала. Едва я успела представиться и сказать о причине своего появления, двухметровый дядька-шкаф побагровел, взревел, вцепился в меня и потащил к балкону. Выбросить. Видимо, вытолкнуть за дверь, ему было мало. Во мне килограмм 40 веса, и я в ступоре от страха...
Помните, я писала о страхе из детства – страхе беззащитности. Он ведь никуда не делся. Я просто прятала его подальше ото всех и от себя. Дядька именно его почувствовал, вот и набросился, как животное. Чего скрывать, я очень испугалась.
Уж не знаю, какими святыми, но завотделом решила подстраховать практикантку и попросила зайти по адресу участкового милиционера.
Его неожиданное появление остановило то безумие. Участковый быстро приструнил хозяина, и увел меня из квартиры. Пришла в себя я лишь в гостинице. Грела только валерьянка и мысль, что на следующий день моя практика заканчивается.
Когда на утро я появилась в редакции газеты, казалось, весь штат газеты знал о моем существовании. Главный редактор рвал и метал – требуя на ковер ту самую практикантку Рудаш.
Тот дядька-хирург позвонил в редакцию и обвинил меня в том, что я ему угрожала… Главред орал и "требовал крови" – просить прощения...За что - было неведомо. Что накануне, что в кабинете редактора, мне никто и слова не дал сказать.
Как- то я оттуда унесла ноги и остальные части тела, вместе с горечью унижения. А вот желание заниматься журналистикой, осталось
в кабинете главреда.
Диплом я защитила блестяще. А вот журналистом так и не стала. Прямая угроза жизни и унижение прочно связались с понятием журналистики. Осталась любовь к языку, вот она то и привела меня к редакторской работе.
Региональный центр научно-технической информации и пропаганды располагался в Михайловском замке Ленинграда. Историческое здание в центре города. Сейчас там находится филиал Русского музея. Несколько самых лучших лет в своей жизни я там и проработала редактором, сидя в просторном зале прямо под башенкой замка.
Лихие 90-е. Зарплата 120 рэ. Кажется, ее хватало на пару - тройку килограммов черешни. Удивительно, но я была счастлива! Это ощущение позволило мне пережить и личную драму того времени. Первый брак не задался. Когда ребенку едва исполнилось 3 месяца, муж ушел...
Помогала мама. Поддержали родственники мужа. Сейчас это 2 предложения о жизни. А тогда это вылилось в годы бесконечных переживаний. Но, вместе с тем, моего развития и становления.
Именно с этими событиями был связан и первый мистический опыт
в моей жизни...