В первой половине XX века Аргентина стала одним из наиболее развитых государств Южной Америки. В стране бурно росли промышленность, наука, шло строительство довольно мощных вооруженных сил. Все это привлекало в Аргентину огромное количество иммигрантов, значительная их часть была немцами. В этой связи среди государственной элиты и части общества к концу 30-х годов преобладали прогерманские настроения, наиболее ярко выраженные в армии. Так в 1939 году 17 из 34 аргентинских генералов имели немецкие корни, а в стране постоянно находились германские военные инструкторы.
Если на момент начала Второй мировой аргентинское правительство придерживалось осторожного нейтралитета, то пришедший к власти в 1940 году новый президент страны Кастильо стал проводить дружественную по отношению к странам Оси политику. Дошло до того, что президент Аргентины посылал в Берлин сообщения с просьбой предоставить оружие и самолеты для вступления в войну на стороне Третьего Рейха. Историки спорят на тему этого факта, однако так или иначе вместо оружейных поставок Аргентина получила на свою голову эмбарго со стороны США и Великобритании.
Так к 1942 году для стран антигитлеровской коалиции стало очевидным что склонить Аргентину на свою сторону не представляется возможным, более того эта страна не отказывается от курса на поддержку Оси. Тогда американцы начали накачивать оружием и боевой техникой соседнюю Бразилию и прорабатывать вариант бразильского вторжения в Аргентину. Перед лицом иностранной интервенции аргентинцам не оставалось ничего другого, кроме как срочно мобилизовывать свою военную промышленность и разрабатывать новые образцы техники и вооружений. Если ВВС и особенно флот Аргентины были очень неплохи по меркам Латинской Америки, то сухопутные войска нуждались в форсированной модернизации. Перед началом войны в составе армии имелось всего 12 устаревших танков, не хватало средств моторизации и т.д.
Программа модернизации танкового парка страны предусматривала пуск в производство танка "Науэль" (Ягуар) - машина по своей боевой ценности была примерно аналогична американскому "Шерману" с внушительной броней в 80 мм во лбу корпуса и 75-мм орудием. Всего до конца войны в войска поступило около двух десятков этих танков. Также армия могла рассчитывать на поставки внедорожников "Нанду", бронетягачей "Якаре"(Кайман) и новых образцов стрелкового оружия. Авиационные заводы Аргентины продолжали интенсивную работу над вводом в строй легких бомбардировщиков и многоцелевых самолетов отечественного и лицензионного производства, а на доках и верфях флота заложили несколько новых фрегатов. На параде 9 июля 1944 года, на котором присутствовали бразильцы, новая военная техника армии Аргентины уже прошла в строю, а в небе летали самолёты I Ae 22 DL, разбрасывая листовки с текстом «У нас есть зубы, и они острые» .
Впрочем необходимость применить накопленные арсеналы, к счастью для аргентинского народа, в итоге так и не настала. Бразильские войска вместо того чтобы развязать войну в Южной Америке вплоть до весны 1945 года сражались в Италии, да и само руководство Аргентины, видя что дела на фронтах складываются для стран Оси крайне печально, старалось не лезть на рожон. Завершающим аккордом сотрудничества аргентинцев с Третьим Рейхом стало укрывательство нацистских деятелей и коллаборационистов после войны, впрочем это уже совсем другая история...