Однажды произошёл случай, который явно дал мне понять, ради чего английский появился в моей жизни.
Большую часть жизни мне довелось уделить английскому языку, который, по мнению моих близких, должен был дать мне в ближайшем будущем больше путей личностного развития, престижную работу и все прелести жизни, о которых люди в провинциальных городах только мечтают. К этому языку я не относился с должным вниманием, считая, что его изучение является для меня второстепенной жизненной задачей.
Часто так происходит, когда ты будучи подростком уверен в том, что все советы извне, как правило, не верны для тебя, а все, кто их даёт и сами толком ничего не соображают. И мне казалось наверняка, что данное увлечение ненадолго. Родители успокоятся, я это дело заброшу в чёрный ящик и вернусь к своей провинциальной жизни, «идя в обнимку» с родным русским языком. Однако, время шло, а английский занял в моей жизни существенное место, придав мне уверенности, а вдруг данное поприще не так уж и в тягость мне, а, может, наоборот, я сам охотно каждый раз таскаю словари с неправильными глаголами.
Был разгар лета. Я только закрыл сессию, устроился на временную подработку, дабы подкопить денег и улететь отдыхать на родину кальянов и турецких казанов. Стоит отметить, что данный опыт был у меня впервые, до этого я никогда не отрывался от земли выше пятого этажа, никогда не уезжал дальше своей страны. И так как все для меня было в новинку, то на протяжении всех сборов со мной рука об руку шло волнение. Уделялось волнение всем мелочам, что и куда положить, как наиболее оптимально выстроить свой отдых дабы он запомнился не только ленивыми посиделкам у бассейна, но и яркими впечатлениями. Посещение другой страны мне представлялось ответственным мероприятием, к которому я решил основательно подготовиться, чтобы не попасть в просак. Одними из задач этой поездки были посещение местных достопримечательностей и изучение как города, так и его культуры в целом. Я понимал, что там уже давно все понимают по-русски, что это уже их второй язык, но мне было важно изъясняться не на русском, а на английском (да, что-то со мной не так). И попутно всем сборам я держал под рукой английский справочник, вспоминая особенности английского и восполняя заново пробелы забытых знаний.
Наступил день икс. День вылета. Отмечу, что летел я со своей спутницей, которая дальше нашего города не видела и на самолете не летела никогда. Приехав заблаговременно и пройдя все стойки регистрации, мы встретились с подругой нервозности - ожиданием. Мне не терпелось впервые произнести что-то на английском, показать миру, что вот он я какой, я знаю английский и могу говорить на нем. Задайте мне вопрос, а я отвечу «йес, ай эм», поздоровайтесь со мной, я рад ответить вам заветное «хэллоу». Но минутная стрелка адски медленно совершала свою круговую пробежку по циферблату. Скоротав время в ресторанчиках аэропорта, мы стоим перед входом в самолёт, я и моя спутница, оба в жутком напряжении, в ожидании долгожданного отдыха, продвигаемся по сантиметру в этой бесконечной очереди.
Внимание, просьба всех пристегнуть ремни безопасности. Мы полетели.
Я не боюсь высоты и не боюсь летать, но нервничал до сих пор. Перебирая вспомогательные глаголы, я прокручивал в голове различные ситуации, когда мне предстоит войти в диалог с иностранцем и показать ему, насколько хорош на его территории. Пролетев половину маршрута, в салоне самолета показались стюардессы, и тут я понял, что вот он шанс, настало время международных переговоров о том, что мне больше предпочтительно: газированная вода или сок.
Тележка с напитками двигалась медленнее улитки, волнение подкреплялось жаждой, мое нетерпение было на пределе, как вдруг наступил этот момент, момент коммуникации между мной и стюардессой. Не став дожидаться вопроса о выборе напитка, из меня со скоростью пули вылетели слова на английском:
— Orange juice, please.
На что я услышал ответ:
— Да, хорошо, подождите секунду.