По словам бывшего российского командующего ВКС, российские Воздушные Силы извлекли ценные уроки во время недавней кампании в Сирии.
По сути, российские воздушные операции в поддержку сирийского правительства дали ВВС России шанс проверить эффективность реформ, проведенных за последние несколько лет, считает генерал-полковник Виктор Бондарев, бывший командующий Воздушно-Космическими силами России, а ныне председатель комитета Совета Федерации по обороне и безопасности.
Анализ Бондарева был частью многотомного исследования воздушной мощи Центром анализа стратегий и технологий, российского оборонного аналитического центра. В блоге Международного института стратегических исследований британский оборонный эксперт Дуглас Барри проанализировал отчет Бондарева.
«Эта кампания дала Воздушно-Космическим силам России их первый опыт современных наступательных воздушных операций различными авиационными подразделениями и совместно с сухопутными войсками других стран», - писал Бондарев. Он также утверждает, что «одной из главных предпосылок успеха в Сирии» было введение новых и модернизированных боевых самолетов, необходимость в которых была «насущной», поскольку ВВС практически не получали новой техники в течение 20 лет с начала 1990-х годов.
Бондарев говорит, что российская воздушная кампания показала широкое использование высокоточных боеприпасов, таких как боеприпасы с GPS-управлением. Но, как указывает Барри, «хотя в Сирии использовалась спутниковая бомба КАБ-500С, ВВС продолжали также полагаться на железные бомбы свободного падения. Также было использовано небольшое количество «зрелых» ракетных систем класса «воздух-земля», таких как Х-29 (по классификации НАТО AS-14 Kedge) и Х-25М (AS-10 Karen)».
Барри также отмечает, что «сирийская операция должна была предоставить возможность оперативно испытать тактическую ракету класса «воздух-поверхность» средней дальности Х-38. Семейство Х-38 предназначено для замены Х-29 и Х-25. Однако до сих пор не появилось никаких изображений этого оружия, применяемого в Сирии, в то время как российские источники делали противоречивые заявления относительно того, использовалось ли оно во время кампании или нет. Предполагается, что полуактивный вариант ракеты семейства Х-38МЛ с лазерным наведением завершил опытно-конструкторские испытания в 2017 году. Так или иначе, операции в Сирии сделали российские ВВС еще более смертоносными».
В сентябре 2018 года Бондарев утверждал, что 85 000 террористов были убиты в результате российских авиаударов. «За три года были поражены десятки тысяч целей террористов - склады боеприпасов, опорные пункты, центры управления», - сказал он. «Уничтожено около 100 тысяч террористов, из них около 85 тысяч нейтрализовано нашими Воздушно-Космическими Силами».
Бондарев указал на «высокую точность применения воздушного оружия», добавив, что «наши Воздушно-Космические силы наносили и продолжают наносить точечные удары по целям террористов». Он предположил, что вмешательство России в Сирии улучшило позицию России по отношению к НАТО: «следует учитывать, что участие в антитеррористической операции в Сирии помогло России испытать многие виды вооружений и военной техники и продемонстрировать нашу военную мощь, а значит, обезопасить нас даже от попыток возможной агрессии со стороны стран НАТО, не видевших до 2015 года прорыва, который наша армия и оборонная промышленность совершили за последние 15 лет».
Одной из причин применения «глупых» бомб свободного падения стал отказ российских «умных» бомб: глава российского ракетостроительного концерна признал, что у российского оружия есть проблемы, потому что Сирия - это пустыня, в отличие от более прохладных условий испытательных полигонов в России, где разрабатываются боеприпасы.
«В то время как общая оценка Бондарева - по крайней мере, известная общественности - лишь вскользь упоминает некоторые из сохраняющихся проблем и недостатков, например, в области применения высокоточного оружия, она показывает дугу прогресса, которую ВВС сделали из своей нижней точки в 1990-х и начале 2000-х годов», - заключает Барри. «Без этого Сирия, возможно, оказалась бы слишком далеко зашедшей операцией».