30 лет назад руководство СССР закрыло глаза на беспорядки в Молдавии. Это привело к войне
30 лет назад празднование годовщины Октябрьской революции в Молдавии обернулось катастрофой. Сперва агрессивно настроенные националисты сорвали демонстрацию в Кишиневе, а затем, вооружившись кусками арматуры и камнями, двинулись на штурм здания республиканской милиции, покалечив пару сотен стражей порядка. Однако ни власти Молдавской ССР, ни руководство Союза не сделали ничего, чтобы найти погромщиков и отправить их за решетку. Более того, милиционерам даже запретили давать им отпор. Это событие окончательно раскололо молдавское общество, что в скором времени привело к войне в Приднестровье. «Лента.ру» вспомнила события ноября 1989 года.
7 ноября 1989 года, в годовщину Октябрьской революции, в столицах всех союзных республик проходили традиционные шествия трудящихся и военные парады. Не стал исключением и Кишинев. Там была запланирована масштабная демонстрация и проход военной техники по центральной улице Ленина (сейчас — Штефана Великого). Ее кульминацией должна была стать торжественная встреча трудящихся и военных с руководителями республики. На трибуне собрались все первые лица: первый секретарь ЦК Семен Гроссу, председатель Совета министров Иван Калин, их заместители и прочее партийное руководство.
Поначалу все шло как обычно, по отработанному за много лет сценарию. Из репродукторов звучала праздничная музыка и песни про борьбу, кумачи и вечно молодого Ленина. Через площадь тянулись колонны представителей городских районов и предприятий под красно-зелеными флагами Молдавской ССР. Трудящиеся приветствовали собравшихся на трибунах и дружно, хоть и без особого энтузиазма кричали «Ур-а-а-а!» в ответ на лозунги из репродуктора. Неожиданно в колонне одного из кишиневских заводов появились румынские триколоры. Милиция поначалу не знала, что делать. Приказов разгонять никто не давал, да и демонстранты с чужими флагами шли молча, без лозунгов и транспарантов. Первые лица республики продолжали приветствовать трудящихся, однако на их лицах появилась плохо скрываемая озабоченность.