Исходя из этого свойства социальной ткани жизни, можно утверждать, что 2020 год станет годом нарастания противоречий. Ветхая ткань таких международных надзирающих органов, как ООН, ВТО, ЮНЕСКО и т.д. уже не соответствует корпоративной природе государств - участников большой игры. Этот факт неизбежно отразится на природе конфликтов - они выйдут за границы прямых столкновений интересов до шантажа и акций наемников, не связанных никакими обязательствами, провокаций и постановочных шоу.
Венесуэлу уже вступает в фазу «провокаций». Господин Мадура неизбежно утратит авторитет, но у России есть все шансы вырастить нового лидера на противоположной Мадуро риторике. Как и у американцев. Всю Латинскую Америку потрясёт волна революций, за кулисами которых стоят большие игроки, создающие прецеденты для санкций. Именно это оружие корпораций определяет настоящее корпоративных государств. Рынки сбыта достигли предела, как и сам рост ВВП мировой экономики. Никто не возьмёт на себя задачу сделать из африканского континента новую Швейцарию. Африка интересует мировой капитал только как источник дешёвой рабочей силы и природных ресурсов. Ещё с середины 20 века Чёрный Континент превратился в площадку для войны частных военных корпораций без правил, и 2020 год не станет исключением.
Китайская экономика натыкается на «фактор Трампа». Титаническая задача вернуть производство в США, отсечь потоки мигрантов и найти новые сырьевые и товарные рынки в Европе - это затяжная позиционная война Китая, России, США и выпадающих стран ОПЕК. Саудовская Аравия уже столкнулась с новыми технологичными вызовами на своих границах и попытается заключить военно-стратегический союз с Россией при сохранении партнёрских отношений с США, но усидеть на двух стульях не сможет. Новый светский «халифат», пожалуй, под силу только Турции, но, опять-таки, при поддержке России и в условиях балансирования между старой Европой и новой Америкой, завязанных в общий натовский Гордиев узел.
Финансовый капитал, ориентированный на виртуальные инструменты извлечения добавочной стоимости, и промышленный капитал, занятый реальным производством, входят в острую фазу взаимных противоречий. Рыночная капитализация для промышленников предполагает стабильность и рост, но финансовый капитал ориентирован на спекуляцию. Это противоречие пытается решить фондовая биржа за счёт диверсификации и ухода в абсолютно оторванные от реальности инструменты: криптовалюты и токсичные деривативы, или путем их сращивания в принципиально новой цифровой среде.
Рискну предположить, что фондовые рынки в 2020 году пройдут несколько падений и это объективное свойство системы - падения приносят самую высокую маржу. Shanghai Composite (SSEC) просядет на фоне оттока китайских инвестиций с американского рынка через похудевшие инвестпортфели какого-нибудь паука типа Vanguard, но индекс вернёт свои позиции – это и есть «волновой эффект» цифровой экономики.
Что касается акций крупных международных концернов, то стоит ориентироваться на состав совета директоров. Какие-нибудь Аньелли, которые основали и по-прежнему контролируют Fiat, владеют крупной долей Ferrari, Economist Group, футбольным клубом «Ювентус» и рядом других активов, прочно гарантируют долговременный рост, как, впрочем, Оппенгеймеры или потомки Бурбонов. Конечно, с неизбежным «волновым эффектом». Падение капитализации подобных компаний означает лишь уступки и спекуляции самих же владельцев.
Рассмотрим принцип функционирования фондового рынка с позиции аристотелевских категорий: субстанцией рынка в цифровой экономике являются записи стоимости, их «сущность» (др.-греч. οὐσία) виртуальна. Первыми сущностями экономики были товары, но мир стал информацией, соответственно, сущности рынка «размножились» и создают собственные реплики (деривативы, хеджирование), которые уже не относятся к реальному товару (бумажное золото, например).
Количество денег (др.-греч. τὸ πόσον — «сколько») — пространственно-числовые характеристики товаров, превышает количество самих товаров, что создаёт необходимость в бесконечном количестве сделок на один и тот же товар с обязательной страховкой. Качество (др.-греч. τὸ πόιον «какое») самих денег и товаров непрерывно снижается, порождая страх. Это свойство системы не совпадает с природой (сущностью) вещи и возможными иными отношениями в системе. Отношение (др.-греч. τὸ πρὸς τί — «то, по отношению к чему») — это способ, которым изменение стоимости может принести прибыль в условиях бесконечных ожиданий и роста, как и падения. Пространство рынка (где) — уже не является пространством видимой реальности, оно стало условным, как и время (когда) — положение вещи в пространстве не имеет значение, как и ее реальное существование (виртуальное время сделок). Как результат, состояние (ситуация) системы нестабильно. Только непрерывное действие (др.-греч. τὸ ποιει̃ν — «действовать») — произведение изменения в информации, рынках, ожиданиях, формах денежных средств и транзакций – может поддерживать равновесие (условное).
Продолжение следует. Санникова Ю.А. (с)