Перед проведением нормандского саммита много всяких разных прогнозов развития событий гуляло по Рунету. От апокалиптических «Путин всё сдаст» до пораженческих «Надо наконец-то сдать всё».
Вчера на заседании Совета по правам человека Путин заявил буквально следующее: «Украинская сторона всё время ставит вопрос: «Дайте нам возможность закрыть границу войсками». Ну я представляю, что дальше начнется. Сребреница будет, вот и всё. Мы же видели, как президент Зеленский вел дискуссии с националистами. Понятно, кто там сильнее. И что там произойдет? И кто ими будет руководить, этими националистами, когда они войдут на эти территории без обеспечения гарантий людям?»
Хотелось бы поправить президента: будет не Сребреница, а Сербская Краина. (Хотя, возможно, если это заявление предназначалось на экспорт, так и задумывалось.)
Понятно, что Украина не в состоянии выполнить Минские соглашения. Понятно, что если удастся развести войска, на что настроены теперь все участники нормандского формата и даже США, мирно покуривающие в сторонке, ситуация на Донбассе окажется на много лет замороженной. Как, впрочем, и санкции.
Если говорить откровенно, именно заморозки и добивалась Россия на протяжении всего времени существования конфликта. Потому что
только замороженный конфликт будет удерживать постмайданную Украину от вступления в НАТО.
Сравните практически с такой же ситуацией в Грузии.
В этом случае не мытьем, так катаньем она будет выполнять роль буферной зоны между Россией и Североатлантическим альянсом, чего Россия на протяжении всего времени существования украинского государства от него и добивалась.
Не единожды же вас предупреждали: ребята, давайте жить дружно. Нет, Украина почему-то решила, что она – не Грузия, и таки подергала медведя за усы.
Что из этого следует? Для начала нужно осознать, что санкции – это надолго. Ведь это даже Медведев понял. Поэтому необходимо задействовать внутренние механизмы развития. А вот с этим как-то не очень. Хотя, по уверениям президента и правительства, деньги теперь есть, но «вы всё равно держитесь». Вот это и досадно, мягко говоря – экономика как была в ступоре, так в нем и остается.
Кстати, к концу этого года Путин обещал подвести первые итоги выполнения нацпроектов и сделать соответствующие выводы. Вплоть до организационных. Верится? Как-то не очень.