Не первый раз попадаются мне на глаза объявления, суть которых в том, что человек желает покинуть большой город и начать жить в отдаленной сельской провинции. А для этого согласен на любое жилье, чтобы не заниматься строительством.
Сами по себе такие стремления вызывали у меня сначала удивление. Мне, выросшему в деревне в глухомани, сложно было понять мотивы тех, кто хочет сменить городской благоустроенный рай на не на ахти какое жилье в богом забытом месте. Согласитесь, многие мечтают выбраться в большой город. В нем не только совершенно иной уровень жизни, но и более благоприятные условия для учебы, карьеры, знакомств и так далее. Словом, плюсы очевидны и в аргументах, как говорится, нет надобности. Но тогда почему некоторые горожане недовольны и готовы поменять свой комфортный рай на сельские трудности?
Этот парадокс не давал мне покоя. Ответы на вопрос не устраивали своей однобокостью. Они расположились в моей голове в таком порядке: некоторым горожанам надоел суматошный ритм мегаполиса, и им захотелось более спокойной жизни; достигнув финансового и социального благополучия, иные «бесятся с жира» и им для развлечений нужны трудности; у тех, кто имеет «деревенские» гены, порой верх берет тяга вернуться на родину предков. Словом, о таких людях у меня постепенно сформировалось мнение, как о неисправимых чудаках. Их странные, на первый взгляд, объявления я потом перестал читать. Ситуацию изменила новость о том, что известные богачи избавляются от своих денег и перебираются из мегаполисов в деревни. В их числе и российский миллионер Герман Стерлигов, покинувший Москву, чтобы заняться малым фермерством в деревне без электричества и каких-либо грунтовых проезжих дорог. Сюда он вывез жену и пятерых детей. Свое решение он объяснил одной фразой, что устал от шумной Москвы.
Интересуясь причиной ухода из больших городов и переезда других богачей, я обнаружил, что все они осознали невозможность в мегаполисе быть самими собой и жить так, как хочется. Например: Барнавал Доши (Индия) отказался от своих 600 миллионов долларов и ушел в монахи. Карл Рабедер (Австрия) «зарубил» процветающий личный бизнес, отдав всё в пользу бедных, и живет теперь в крошечном сельском домике. На жизнь он зарабатывает чтением лекций о том, какое количество денег надо иметь для личного счастья. Британский бывший миллионер Джон Педли тоже избавился от своих миллионов и теперь занимается тем, что помогает благотворительному фонду «Uganda Vision» воспитывать африканских детей-сирот. Примеры можно продолжать и продолжать. Мотивы отказа от богатства разные. Но при этом можно заметить и общее. Оно заключается в том, что жизнь в большом городе огрубляет душу человека, делая его равнодушным даже к самому себе. Человек невольно превращается как бы в запрограммированного робота, перед которым стоит задача любой ценой добиться хорошего положения в обществе. А оно, как известно, во многом связано с количеством денег. При этом личная жизнь уходит на второй или третий план.
Полагаю, одна из причин ухода от городского ритма — как раз в том, что, получив желанные миллионы, человек вдруг неожиданно для себя осознает важный факт: потратил здоровье на то, чтобы наполнять бездонную бочку решетом. Ведь много денег не бывает. Но разве в них счастье? Оно от количества миллионов никак не зависит. Вторая причина ухода богатых людей в сельскую провинцию в том, что близость к земле, к природе, к простому и понятному труду создает условия для долголетия. Не случайно писатель Лев Толстой даже в глубоком возрасте работал на поле. Физический сельский труд облагораживает душу. Конечно, причинами ухода иных горожан в деревни стали еще высокая загрязненность воздуха в городах; повышенная смертность от сугубо «городских» болезней; рост насилия во всех его формах… И какой же можно сделать вывод из всего сказанного? На мой взгляд, он один: человек — дитя природы. А связь с ней достигается лучше всего вне большого города. Но далеко не всем дано осознать важную истину. Особенно, если все сводится лишь к наличию денег, ради которых иные согласны на любые мучения, но в итоге потом понимают, что их жизнь счастливой назвать нельзя.