В начале нолевых у нас была бригада каменщиков, мы работали по договорам по всей области, как тогда говорили калымили. Предложили нам работу в соседнем городке, надо было к старой школе пристроить еще один корпус, население прибывало и дети не помещались в старой школе. Построить надо было быстро, поэтому они искали сразу много специалистов по кладке. Собрались мы всей бригадой, шесть человек, четверо каменщиков и два подсобника, мы постоянно старались работать только со своими мужиками, мы друг друга знали, а чужой человек в бригаде нам был ни к чему.
Поехали мы в этот город на электричке, он располагался в сотне с небольшим километров от нашего поселка. Но ездить было очень неудобно, да и далековато на электричке, ехать больше двух часов. Приехав мы нашли директора школы и договорились что будем жить в школе, он нас послал к прорабу который руководил этой стройкой. С прорабом мы обговорили условия оплаты и расценки на все виды работ. Прораб был из азиатов, непонятно узбек или казах, но неважно, главное с ним договорись обо всем сразу. О способе оплаты договорились так, каждую неделю считаем объем выполненной работы и он с нами рассчитывается, а на воскресенье мы уезжаем домой помыться и постираться.
В конце недели вечером стали считать объем выполненной работы, прораб оказался продуманным малым, пытался нас обмануть в расчетах. У него это не получилось, мы хорошо умели считать и навариться на нас ему не удалось. В воскресенье уехали домой, в понедельник приехали обратно на стройку, там еще прибавилось две бригады каменщиков таджиков. Из них не очень хорошие каменщики, но работают они по более низким расценкам и получается у них быстрее. Потому что у них подсобников больше чем каменщиков и каменщик только делает кладку не отвлекаясь на другие мелочи. Их подсобники подносят кирпич и раствор прямо ему в руки, ему даже поворачиваться или нагибаться за ним не надо.
Когда на стройке появились эти таджики, прораб начал нам показывать свое недовольство и придираться к каждому пустяку, это сделали не так там положили не ровно. Стало понятно он начинает нас выживать, таджики работали у него по более низкой ставке, так он еще при расчетах дурил их как хотел, а разницу в расчетах и расценках клал себе в карман. С нас то он ничего не мог поиметь, мы ему стали не нужны на этой стройке, но мы устроились вперед таджиков и у него не было веской причины к нам придраться и выгнать. Мы делали кладку намного лучше и правильнее таджиков, но прорабу наше качество было ни к чему, он преследовал другие свои шкурные цели.
Таджикские каменщики наоборот к нам относились хорошо, постоянно подходили и спрашивали как и что делать лучше и правильнее. Так они работали, одновременно сами клали, а мастерству учились у нас. Кладка у них получалась как у ПТУшников после училища, без слез не взглянешь. А прораб совсем обнаглел и стал придираться к нашему лучшему каменщику Славке. Славка работал каменщиком больше двадцати лет и профессию свою знал и любил. В один из дней они с прорабом так начали спорить между собой, что все перестали работать и смотрели как они ругаются. Слава в конце концов не выдержал и дал прорабу в голову, тот аж упал, потом вскочил и убежал жаловаться.
Целый день мы прораба не видели, не знали чем этот скандал закончится. Поздно вечером к нам пришел местный участковый и сказал, мужики у вас серьезные проблемы, ваш начальник снял в больнице побои и хочет писать заявление в милицию, не будет заявления только в том случае, если вы прямо сейчас уедете из города. Пришлось нам на ночь глядя уезжать домой. Время было уже позднее, электричек больше не было до утра, а на такси у нас не было денег. Была пятница и прораб не пришел рассчитаться с нами за работу. Мы не стали его искать, подумали земля круглая и дорожки часто пересекаются. Собрались и пошли пешком по железной дороге в сторону дома. Вот так нас выжил со стройки прораб, очень плохой человек.