Обратная история

Ключевая проблема оценки прошлого - точка отсчета. Машины времени не существует. Человеческая жизнь идет последовательно. Тем не менее, масса авторов, вольно или нет, подразумевают ее существование. Им кажется, что в прошлом жили люди настоящего.

Иллюстрировать подмену мы начнем мифологией “нищих 90-х”, но для начала - краткая лекция по экономике для дошкольников.

Что такое “деньги”? Это просто промежуточная величина обмена в рыночных отношениях.

Шоколадка стоит 100 рублей, ваша зарплата - 100 тыс. рублей. Это значит что ваш наниматель готов покупать ваш труд в эквиваленте 1 000 шоколадок в месяц. На этом строятся ваши отношения: наниматель считает, что пользы от вашего труда больше, чем на 1 000 шоколадок, а вы готовы менять свой труд именно на столько шоколадок.

Но столько шоколадок вам не нужно, их очень трудно будет разменять на другие товары или услуги. Поэтому платят вам не шоколадками, а универсальным эквивалентом, равным 1/100 от шоколадки.

Что в плановой экономике значит, если зарплата учителя начальных классов - 100 рублей (привожу зарплату собственной матери, чтоб не порождать ненужных в данном случае дискуссий), а килограмм сахара-рафинада стоит рубль? Что труд учителя эквивалентен 100 кг сахара?

Нет. Потому ни та, ни другая величина не находятся в рыночном равновесии. Не существует рынка труда и рынка сахара-рафинада. Учитель получает 100 рублей, а сахар стоит рубль потому что Госплан, Госкомцен, Госснаб и Министерство Просвещения установили такие цены на сахар и такие ставки учителя начальных классов.

Деньги в плановой экономике не являются эквивалентом, они не связывают собой движение товаров и услуг. Они такой же совершенно изолированный продукт плана. Т.е., не являются деньгами.

Ровно поэтому, кстати, до того занятно сравнивать советские цены промеж себя с пропорциональным пересчетом в сегодняшние рубли. Когда какие-то товары выходят невообразимо дешевыми (презерватив - 2 копейки, 6 рублей сегодня), а какие-то запредельно дорогими (кофе в зернах жареный 1 кг - 45 рублей, 12,5 тыс.). - за килограмм кофе теоретически можно закупиться презервативами на весь срок очень активной половой жизни.

К середине 80-х приток валюты от экспорта энергоносителей, что хоть в каком-то виде, хоть на грани, но балансировал плановую экономику падает. В отсутствии рынка, который инструментом цены умеет адаптироваться к любым условиям - в стране наступает такой кризис, какой возможен лишь в плановой системе: ваш труд оценивается в какое-то число условных единиц с профилем Ленина, под которые на прилавках ничего нет. Вы можете расти по службе, шабашить, зарабатывать больше, предложение от этого расти не будет. У вас будет просто больше бумаги на руках.

Таким образом, 90-е, с точки зрения жителя 80-х - это время, когда деньги постепенно становились деньгами. Становление это шло очень тяжело, инфляция с отпуском цен 1 января 1992 достигала по году шестизначных цифр. Но в экономике возникала рыночная связность: вы могли заработать деньги и обменять их на товар. Что полностью снимало угрозу массового физического голода. Ваша жизнь больше не зависела от приписок местного консервного завода, который якобы произвел и поставил миллион банок, на практике - произвел 200 тыс., 100 из которых сбыл налево.

Недоступность товаров, дороговизна товаров, необходимость искать вторую и третью подработку, чтоб просто прокормить семью - это очень печальные спутники трансформационного кризиса, но это полный восторг на фоне отсутствия всего.

Глазами жителя нулевых-десятых, взглядом на архивные фото стихийных рынков через экран кредитного Айфона - все это выглядит не очень аппетитно. Но в 90-х жил не житель нулевых-десятых, там жил обитатель 80-х, который смотрел на стихийные рынки теми глазами, что привыкли к пустым полкам, очередям с рабочий день и дракам за спиртное.

Человек имевший мало денег в кармане вырос из человека вовсе их не имевшего. Не зажиточный стал нищим, нищим стал голодный.

Похожая подмена происходит на ином, уже либеральном фланге - это “Медведевская оттепель”.

На период 2008 - конца 2011 года люди смотрят глазами весны 14-го. Когда отваливается VPN и ты влетаешь на плашку “сайт заблокирован”, когда заводят очередное уголовное дело об ущербе психике росгвардейца пролетевшей по границе субъекта федерации бутылкой, когда ГД штампует один за другим законы, заведомо ухудшающие жизнь граждан - всегда можно сказать, что при Медведеве такого не было. Да, было много бесплодных разговоров о модернизации и либерализации, но, во всяком случае, государственная политика не была манифестно направлена во вред.

Но в 2008-2011 годах ни секунды не жил обитатель 2014-2019. Там жил наследник пусть очень неровных, но, тем не менее, модернизационных двух первых сроков Владимира Путина. Человек, привыкший, что экономика растет, потребление улучшается, все вокруг потихоньку цветет и богатеет. Ничем выдающимся 3 года президента Медведева не были.