Лариска пришла на работу пьяной. То есть, не пьяной, а пьяяяяненькой.
С бодунища. С очень - очень большого бодунища. Это когда стеклянные глаза и миазмы изо рта. И полная расфокусировка взгляда.
И нарвалась на чпок.
Лариска - дочка в прошлом очень большой мамы. Прошлое мамы - в прошлом, а Лариска в настоящем. А мозги по - прежнему, в прошлом. Мама уже лет пять на пенсии, а дочура все звездит.
На работу опоздать - святое дело. ПропАсть в течении рабочего дня - легко! Уйти раньше - да не вопрос! Не понос - так золотуха.
Ларискино гипертрофированное эго пребывало в полной уверенности, что земля вертится вокруг нее, солнца.
Ачетаковото...
Ну, у меня обстояяяятальства...
То с мужем поругалась. То помирилась. То детей делали. То лечилась. То день рождения справляла. То разводилась. То имущество делили. То на права сдавала. И так бесконечно.
(Кстати, о правах. Есть еще люди адекватные. Никаких взяток не надо, лишь бы подобных за руль не допустить. ШЕСТНАДЦАТЬ РАЗ сдавала - и никак. Респект экзаменаторам!)
Хитра, бестия. До заветных четырех часов, после которых могли уволить, чуть - чуть не дотягивала, все- таки появлялась.
Клала на стол руководству очередную объяснительную липу и, довольная, шла на рабочее место. До следующего раза.
Иногда она руководство «наказывала»: грозилась уволиться. Даже раз пять писала по собственному. Ха, не тут - то было! В течении положенных двух недель заявление отзывала, типа, давала начальнику шанс на «исправление».
Начальство меры принимало. С ней разговаривали. Убеждали. Уговаривали. Воспитывали. Лишали премии. Надбавок. Хватало максимум на пару недель.
Но, и на старуху бывает проруха.
Пришла голубица с явными признаками алкогольных выхлопов.
Надышала на руководство.
Начальник составил акт по всей форме. Написал докладную выше. Привлек свидетелей. До работы не допустил. Невменяйка от медицинского освидетельствования отказалась, равно, как и от написания объяснительной. Вызвал на работу маму, бывшую крутяшку, чтоб забрала дочуру.
Пока ждали маму, услышал о себе много нового: что она (невменяшка) его уволит. Что он ей «дороже отца». Что она разрушит его семью. Чтобы простил ее. Что напишет на него бумагу, и его выгонят. Что ненавидит его. Что она предъявит компромат. Чтобы не лишал премии...
Приехала мама. Дочка от неожиданности на алкогольных парах совсем впала в ярость. Угрозы пошли с новой силой. С криками. С полным презрением субординации. Мать оторопела, дочку в охапку и домой.
Дальше еще интереснее.
Руководителю посыпались звонки: «Я на кладбище. Все, что дальше произойдет, будет на Вашей совести...»
И все в том же духе...
«Проказнице», на минуточку, тридцать четвертый годок пошел...
Вот, теперь у нас интрига месяца: народ ставки делает, чем все закончится.
Хунею я от этой золотой молодежи...