Продолжение наших анархистских историй - о республике, созданной Нестором Махно в 1918 году на Украине, со столицей в его родном селе Гуляйполе.
В народе это образование получило прозвище "Махновия". В этой анархистской республике были свои газеты и своя валюта – бумажки с изображением Махно.
Впрочем, в Махновии разрешалось хождение всех видов денежных знаков, от царских до советских и деникинских.
Все старые административные структуры упразднялись, и поддержание порядка брали на себя отряды махновцев – "Революционно-повстанческая армия Украины". Эта армия в какой-то момент стала очень серьезной силой. Ее численность порой достигала 100 тысяч человек – пехота и конница. На вооружении находилось примерно 1000 пулеметов и несколько десятков пушек.
В качестве гимна приспособили известную песню о Стеньке Разине: “Из-за острова на стрежень…” Мелодию этой песни махновцы дополнили словами уже про себя:
Из-за хóлма, из-за леса,
На тачанках вдоль реки
Вереницей бесконечной
Выезжают мужики,
Впереди Махно суровый -
Вдохновитель боевой -
Криком грозным увлекает
Всех повстанцев за собой…
И под песни о подвигах махновцев отряды батьки совершали походы – порой довольно далеко. Любопытная деталь: мать Махно тоже ездила с сыном. А еще рядом с батькой постоянно была и его жена Галина. Вот как описывали ее в своих мемуарах жители Гуляйполя:
“Махновцы ее побаивались. Звали ее "мать", так же как Махно "батько". В кутежах Махно она не участвовала, в карты же играть любила, причем играла крупно, благо денег было много”.
Анархистские отряды, не обремененные никакими тыловыми и санитарными службами, освоили молниеносные переходы по сто километров в сутки – даже моторизованные части времен Второй мировой войны с трудом могли совершать подобные броски.
И эти отряды представляли собой настоящий интернационал. В армии Махно были представители самых разных национальностей, живущих на юге бывшей российской империи, были и русские, и евреи, и греки. Вот что вспоминала жена Махно Галина о походе в гости к бойцам-грекам:
“Выпили по чарке, попробовали новое для нас греческое блюдо чир-чири, или чебуреки, которые нам очень понравились, и разошлись. Нас провожали до дома, несли тарелку с чебуреками для батьки”.
Чебуреки после этого стали одним из любимых блюд Махно.
Выглядел махновский анархистский интернационал весьма живописно. Историк Сергей Семанов в своей книге о Махно приводит описание его войска, составленное очевидцем: “Все они одеты в самые живописные костюмы; здесь и черкесская бурка с чекменями, и казацкая папаха, и штатская шуба, и матросская куртка”.
А вот как выглядел сам Махно – по описанию секретаря одного из большевистских вождей Каменева. Каменев в 1919 году посещал Украину и встречался с Махно – они даже расцеловались при встрече. И вот в книге Семанова приводятся такие слова секретаря Каменева о батьке: “Махно – приземистый мужчина, блондин, бритый. Синие, острые ясные глаза. Одет в бурку, папаху, при сабле и револьвере”.
Впрочем, ясные глаза были у Махно далеко не всегда - многие вспоминали о его запоях и загулах.
Но подробнее об этом - в следующей публикации, в продолжении наших анархистских историй.