Первая часть нашей истории здесь
Предпоследняя — здесь
Итак, я живу в отдельной квартире, которую мы с моим (на тот момент уже точно любовником) оплачиваем пополам. Он знакомит меня со всеми друзьями, мы проводим очень много времени вместе. Мы влюблены и абсолютно счастливы. На работе о наших отношениях я уже не распространяюсь, делюсь только с коллегой, с которой делим один ан двоих кабинет.
В то время мне казалось, что его семья — это какое-то абстрактное понятие, что они существуют в какой-то параллельной реальности и пересечься мы не сможем. Наверное, повлияло ещё и то, что моя мама тоже вторая жена моего отца. Только она познакомилась с ним, когда он уже несколько лет как был в разводе и жил далеко от первой жены и детей. Для меня было нормально, что у папы четверо детей, а у мамы двое. Мы часто приезжали к папе на родину, чтобы погостить у бабушки и очень тепло общались со сводными братьями. Сейчас, уже будучи взрослыми мы ездим друг к другу в гости, звоним и общаемся, мы считаем себя семьёй. Но это отступление.
В нашем городе, как и, наверное, в любом другом невозможно утаить отношения на стороне. Рано или поздно кто-нибудь из знакомых увидит и расскажет об этом второй половине. Так случилось и у нас. Только вот если его жена разбиралась и ругалась исключительно с ним, то его мама решила вправить мозги мне. Она знала, где я работаю, легко узнала рабочий номер и начала названивать в офис. Я, конечно, обалдела. В выражениях она не стеснялась, женщина импульсивная, простая, с бешеным темпераментом. Сначала она просто ругала меня, матом не матом, обещала все кары небесные на мою голову и прочие радости жизни. Не подойти к телефону я не могла, все-таки работа, а к ней я относилась ответственно.
Скажу честно, было неприятно, после таких взбучек меня трясло, но стыдно не было. Тогда я уже поняла, что люблю, а за любовь не может быть стыдно. Вообще на меня раньше никто никогда не орал. Родители всегда к нам относились доброжелательно, обожали и если и ругали, то очень мягко (мама) или с юмором (папа). Как реагировать в таких случаях я не знала, да ещё и понимала, что в целом-то она права. Так в наших радужных отношениях стали появляться первые негативные моменты.
Однажды, перед обедом мне снова позвонила его мама и после очередных возлияний в мой адрес она сказала, что купила кислоту и так как она знает, где я работаю, то подкараулит меня вечером и обольёт лицо этой кислотой. Вот тут я испугалась по-настоящему. Я прекрасно помнила историю, которую показывали по телевизору, как девочку модель неудавшийся поклонник облил кислотой, как он рассказывала насколько это больно, что лицо осталось в шрамах. Воображение подкидывало варианты развития событий, в которых на месте этой модели была я. Было очень страшно и жутко. Я перестала выходить с работы одна, только в компании, шарахалась от каждой тени, потеряла аппетит. Конечно, я рассказала обо всём своему айтишнику, он пытался меня успокоить, говорил, что его мама только на словах грозит, а сделать такое никогда не сможет, но это слабо утешало.
С этого момента начался уже не просто наш роман, а пошла борьба за нашу любовь. Мы поняли, что хотим быть вместе не смотря ни на что. История с кислотой была только одним из испытаний, но самым, наверное, нервным для меня.
Когда я в последствии познакомилась со своей будущей свекровью (а она ею всё же стала) я поняла, что, конечно, она бы никогда этого не сделала, но на тот момент я этого не знала и свято верила в серьезность её намерений.