Очутившись в палате и переведя дух, я рассказала женщинам по палате о своих приключениях. Поржали. И тут нас пригласили на перевязку. Каждый потелепал со своей скоростью в перевязочную, за исключением тяжелых. Их перевязывали в палате. Но надо отдать должное нашему доктору. Никакой жалости к себе доктор не приветствовал. Даже после ампутаций заставлял больных садиться в инвалидное кресло и самостоятельно передвигаться по сложному пути жизни.
- не будьте никому обузой – говорил он. У Вас теперь новая интересная жизнь. Развлекайтесь.
Когда в перевязочной дошла очередь до меня и я взобралась на стол, доктор после осмотра сказал:
- ну что, мне все нравится, кроме этого открытого глаза не в том месте. Будем его закрывать, к тому же он все равно слепой. С этими словами доктор продавил всю область левой пятой точки, затем поковырял пинцетом в ране и извлек в лоток пару камешков размером с гречку. Так кристаллизовалось лекарство. Такое все видели впервые и потрясли лотком у меня перед лицом. Затем благополучно залепили дыру марлей и лейкопластырем.
Так текли дни за днями. Каждое утро доктор приходил в палату на обход с медсестрой и подходя к каждому говорил о назначении и планах на день. Подходя ко мне, он по отечески обнимал меня за плечи и с особой тщательностью коверкал мою и так смешную фамилию.
Симкину, Сэмэскину, Ссисякину – буду смотреть на перевязке лично.
- Сяськину – поправляла я. У китайцей СЯ – означает большой, благородный. А у мордвы (мой свекор мордвин) означает комар, а ещё комариная гора. Но так до самой выписки доктор не исправился.
Уже в день выписки доктор подошел ко мне по отечески приобняв, сказал:
- Сямкина, оставайся ещё на пару дней. Я уже почти запомнил твою фамилию. Уж слишком большой размер у твоего третьего глаза. Но все же после моей просьбы, выписал домой. Кто лежал в больницах. Тот поймет мои чувства. Ничего нет лучше своего дома и здорового тела.
Конец.