На Таити я была один единственный раз, потому что там неподалеку находятся Маркизские острова. И не просто Маркизские острова, а крошечный остров Нуку-Хива. Мне туда нужно было попасть, потому что там развивались драматические события Первого русского кругосветного плавания. Корабли пришли туда, чтобы пополнить запасы воды и наконец-то поесть мяса, потому что к этому времени у них почти не было провизии – они ели солонину уже много месяцев. Именно там Крузенштерн окончательно поссорился с Резановым, и с тех пор они уже не разговаривали, хотя жили в одной каюте, и Резанов ни разу за несколько месяцев не вышел на палубу. А поводом для конфликта было то, что Крузенштерн запретил менять топоры и ножи на что-либо, кроме свиней. А кто-то из свиты Резанова все-таки нарушил приказ и поменял топоры на какие-то побрякушки. Что вызвало гнев адмирала.
Я лечу на Нуку-Хива гордая тем, что я, видимо, первый русский человек, который после Крузенштерна посетит этот остров, у которого, надо сказать, не очень хорошая слава. Когда туда пришел Крузенштерн, там жили просто людоеды, которые хрумкали всех подряд, включая своих жен в голодные годы, но и недавно там пропал странным образом немецкий турист. Правда потом выяснилось, что его не съели, а что его убил какой-то местный житель, который возжелал туристическую спутницу. Закопал, а сам убежал в лес и через некоторое время после укоров папы сдался полиции.
Тем не менее, я лечу, немного волнуюсь от встречи с людоедами, и горжусь тем, что я первая, кто ступит туда после Крузенштерна. А надо сказать, что во всех предыдущих местах, куда заходили корабли, типа Копенгагена или Флорианополиса, спустя двести лет вообще никто не знал, что была какая-то русская экспедиция.
Первый облом на Нуку-Хиве у меня случился потому что едва ли не первыми людьми, которых я увидела, оказались наши украинские братья, которые на шабашке строили антенны, потому что по какой-то неведомой мне астрономической причине, кто-то следит за какими-то космическими аппаратами именно оттуда, и украинские мастера делали станцию слежения. Когда я задала свой любимой вопрос, знают ли местные жители о Крузенштерне, больше всего меня удивило то, что местный ответил мне: “Да достали нас эти козлы вашего Крузенштерна”!
А дело в том, что кто-то когда-то действительно завез козлов и коз на эту Нуку-Хиву. И они там с невероятной силой расплодились. Настолько, что стали сжирать посевы “нукухивян” и превратили это в национальное бедствие. В общем, не любят их точно также, как не любят опоссумов в Новой Зеландии. Чудесных милых зверьков. И почему-то в народном сознании эти события склеились. Это произошло в начале 19 века, видимо примерно в ту же пору, когда туда заходил Крузенштерн в надежде найти там мясо. Он не мог! У него не было не то, что козла, но даже рогов от козла, потому что они давно все съели. Но тем не менее, почему-то в народном фольклоре эти несчастные козлы стали называться козлами Крузенштерна. Примерно как маленькие пингвины, живущие близ Антарктиды, называются магеллановыми в честь великого мореплавателя.