Начало здесь, продолжение там, а потом и вот здесь
На съёмках фильма "Высота" Николаю Рыбникову пришлось лазать по конструкциям настоящей доменной печи примерно в сорока метрах от земли, к чему относился он с большой опаской, но слабины не дал себе.
А вот Инна Макарова, на удивленье съемочной группе и "на нервы" режиссёру, отплясывала на доске над настоящей пропастью не только в кадре, но и просто так, для куража.
***
Нас никто, конечно, увековечивать в кино не собирался, но вот однокашник Валера, самодеятельный "фоторепортёр", с энтузиазмом отснял за сезон несколько плёнок на безотказную "Смену", за что ему от меня сегодняшнего низкий поклон...
Прораб Николай Иванович, вернувшись с бригадой после двухнедельных выходных, первым делом обошёл полигон, окинул внимательным взглядом нашу работу и сходу "выцепил" бракованную верхнюю секцию.
– Халтура, – коротко бросил он через плечо командиру Вове, углядев в одном перекрестье стальных уголков прожжённое сваркой лишнее отверстие.
Тут же рулеткой померил расстояние между выступающими концами продольных балок, сравнил с соседней секцией и показал разницу сантиметров в пятнадцать нам, звеньевым, столпившимся рядом.
– Переделать сегодня. Завтра ставлю вас на другую работу.
И ушёл в посёлок, и словом не обмолвившись про самовольно использованный компрессор и гайковёрты. До вечера провинившееся звено халтуру свою ликвидировало, а остальные пока навели порядок – упаковали в ящики лишние уголки, собрали инструмент и крепёж и оттащил всё на склад.
Утром в понедельник, на общей планёрке у пожарного щита на улице Николай Иванович поставил задачи своим рабочим и нашей братии:
– Механизаторы, во главе с Могилой, растащите секции по пикетам и начнёте собирать опоры и ставить поочерёдно. Один трактор, кто – определись, с утра пусть выставит сани с катушками на готовом участке, ему монтажники помогут и потом займутся раскаткой и подвеской провода. Да, изоляторы не забудьте. Сына, Могила, при себе держи постоянно, сам привёз – сам и отвечаешь за него. Так, теперь с вами, – прораб повернулся к Вове, – бочки с кузбасслаком уже на трассе, возьмите на складе "бэу"-шные простыни, верёвки, вёдра и черенки для лопат, из них "квачи" сделаете. После подойдёте, научу, заодно инструктаж проведём по работе на высоте. Ездить будете на вахтовке с монтажниками. Всё понятно?
Он обвёл взглядом мужиков, кивнул и пошёл в столовую. Работяги потянулись следом.
– Чё это за фигня такая, "квач"? – как обычно не удержался от вопроса Вадик.
– Тебе же сказано, после объяснят и научат, – проворчал командир, – что за натура?..
Вот здесь-то и началось самое "веселье". Конечно, перед поездкой в стройотряд нас предупреждали о высотных работах, да и "нервный патолог" на медкомиссии, помнится, спрашивал насчёт страхов и фобий. Но кто же из нас мог предположить, что забираться на эту самую "высоту" придётся чуть ли не по воздуху – используя узлы-сочленения стальных уголков опоры. А ведь нужно ещё постоянно перецеплять страховочную цепь монтажного пояса и ещё тащить на себе внушительный моток верёвки, это не считая самой экипировки – робы, кирзовых сапог, брезентовых рукавиц и каски с подшлемником.
Одно хорошо – внизу июльская жара донимает, гнус жрёт безбожно, зато на верху благодать, ветерок свищет прохладный, солнышко светит, и вокруг земля по горизонту выгибается, словно блюдца край! Поджилки, правда, трясутся в ногах попервости, да руки судорожно вцепляются в надёжную сталь, не оторвёшь, а так ничего, – жить можно!
Короче, освоились мы быстро, – жизнь заставила, как обычно бывает, – когда деваться некуда и прохлаждаться некогда.
Научились мы и "квачи" вязать, прикручивая обрезки джутовой верёвки к деревянному черенку, – получалась такая огромная "кисточка" для художественной росписи ажурного железа. И гирлянды изоляторов старыми простынями укутывать, свесившись с траверсы вниз головой. И вёдра с кузбасс-лаком затягивать верёвкой на верхотуру...
В первый день на обед мы не поехали, хоть и гудели нам монтажники с вахтовки, – пришлось бы битый час у них на глазах ползти вниз, а потом ведь опять надо наверх забираться. К вечеру перемазались кузбасс-лаком, как черти, и вымотались так же, но пару опор, с грехом пополам, выкрасили сверху донизу. А в последующие две недели каждодневное лазанье на сорокаметровую высоту уже вошло в привычку, и краской обливаться нам тоже порядком надоело, отучились быстро, – ведь кузбасс-лак можно смыть керосином только вместе с кожей, да и воняешь потом так, что мама-не-горюй!
***
Нам-то ладно, пришлось совсем немного "хлебнуть" высоты, а монтажники ЛЭП – они ведь каждый божий рабочий день так проводят и летом, и зимой, и в дождь и в вёдро... Снимаю шляпу перед этими мужиками!
И да, – сорок метров высоты, это конечно здорово. А как вам сто двадцать метров? А ведь именно такие опоры (и выше!) стоят на переходах высоковольтных линий через Обь, например! Там, наверное, вообще как на самолёте...
Продолжение следует...