Конец семидесятых. Трасса Минск-Москва.
Двое закончивших свою нужную и полезную миссию работников посольства
СССР в Венгрии, а попросту КГБ-ешников, возвращались на родину
с самым ценным в то время трофеем -списанным с баланса посольства
автомобилем ГАЗ-24. В Союзе Нерушимом Республик Свободных большинство
автолюбителей слыхом не слыхивало о существовании легковых машин
с дизельным двигателем. Они производились весьма ограниченной серией
как раз для поставки народам братских стран. Именно на такой машине
и ехали вышеозначенные товарищи. И вот в одной из прилегающих к Москве
областей они вынужденно останавливаются, по причине отсутствия в баке
горючего. Выходят из машины и начинают ловить грузовики. Народ в то
время был не в пример добрее. Останавливается множество легковушек:
"Мол, чем помочь?" Но счастливые обладатели редкой машины только
отмахиваются. Наконец, тормозит здоровенный МАЗ. Хмурый водила,
не вылезая из кабины спрашивает: "Ну че случилось?" Подбежавший
с канистрой просит у него отлить немного дизтоплива: до заправки
доехать. Тот уже подносит палец к башке, собираясь объяснить гребаной
интеллигенции как устроены автомобили, как вдруг с задней кровати,
как черт из табакерки выскакивает заспанный сменщик и подмигивая
аж обоими глазами кричит: "Сливай, сливай, сливай... Отчего людям
не помочь, конечно отольем, о чем речь!" Поначалу удивленное выражение
лица первого водилы постепенно проясняется хитрой улыбкой понимания,
а затем и вовсе с коварным видом он согласно кивает головой
и аж выхватив канистру бежит ее наполнять. Затем они отъезжают
на несколько метров и останавливаются в ожидании шоу. Даже на этом
расстоянии видно, как они катаются по кабине от радости, уссываясь
над тупыми интеллигентами. КГБ-ешник, мимо внимания которого не прошли
ужимки дальнобойщиков, спокойно переливает содержимое канистры в бак
и рассказывает все сидящему за рулем товарищу. Тот с улыбкой наблюдает,
как трясется кабина МАЗа и в боковых зеркалах время от времени мелькают
хитрые рожи. Решив подыграть, водитель начинает играть педалью газа,
вследствие чего машина двигается вперед, отчаянно дергаясь и попердывая.
У работяг просто истерика. Волга останавливается, из нее выходит
водитель с задумчивым выражением на лице, некоторое время чешет голову,
затем решительно подходит, открывает бензобак, расстегивает штаны
и делает вид, что писает в бензобак. После чего садится за руль
и машина, резко сорвавшись с места, быстро набирает скорость и уезжает.
В МАЗе чуть с ума не сошли от шока. Выпученные глаза бедных водил были
видны лучше, чем фары.