Вот человек, вот Интернет. Человеку за тридцать. Он образован, получает зарплату выше среднего показателя в регионе. Побывал в Европе, придерживается правильной системы ценностей, может отпустить тонкую шутку. А еще он устраивает истерики в Интернете.
Это Василий. Вместо головы у Василия Антон Долин. Василий знает как надо, он не боится сказать. Василий читал, Василий знает.
Василий конченный, естественно.
Яппи существовали на дискурсивном отшибе долгое время. Да, этот отшиб считался мейнстримом, да, в него была вгрохана уйма денежных знаков. Но все прекрасно понимали, что весь этот попс глубоко вторичен и перерабатывает идеи, о которых уже лет десять как забыли в андерграунде.
В России яппи-культура стала наиболее ярко проявляться в нулевые. Появилось "Наше радио" с отфильтрованным советским роком и однообразными попытками наших, уже более юных, соотечественников играть брит-поп. Руководитель радиостанции Михаил Козырев демонстрировал удивительное умение изъясняться исключительно пафосными клише.
Ближе к концу нулевых на литературной арене появился Сергей Минаев. Не настолько душный, как Козырев, но тоже абсолютно мейнстримный яппи-писатель.
В десятые появились хипстеры. Более образованные, более продвинутые, чем свои предшественники. Но тоже, как правило, пустые.
Определенного рода перелом в стане российских яппи произошел пару лет назад. Перелом этот связан с окончательным закрепление проекта виктимности в качестве идеологии. Культурмарксизм сам по себе не нов, это просто одна из форм конформности Спектаклю. Интересно то, что если раньше эта конформность проговаривалась с позиций сторонника системы, то сегодня осанну общемировой норме поют именно с позиций жертвы.
А это уже интересно. Жертва - удобный боец. Жертва всегда будет чем-то недовольна. Жертва всегда будет орать. Жертва не может воспринять свое положение вне жертвенного мифа.
Спектакль - это вовлечение. Вовлечься или нет - свободный выбор. Жертва не может сделать выбор. Жертва будет пускать сопли и визжать.
В основе виктимного мифа есть четкий конструктивизм. Человек в нем не личность, а спектр идентичностей, каждая из которых ущемлена. Таким образом, обладая любым набором характеристик, субъект всегда будет подавлен.
И в этом смысле нет особой разницы между анархо-феминистской и интеллектуальным русским националистом. Проговаривая позицию вне борьбы с патриархатом и антинациональной элитой, человек утрачивает статус жертвы, статус битого, статус несамостоятельного. Несмотря на что терять этот статус страшно, ведь на нем прорастает зона комфорта.
***
В 2010 году журналист Олег Кашин призвал коллег не писать об акциях движения "Наши". Через год движения "Наши" было расформировано. Сегодня явления убивает не дикий хейт, но умолчание.
Что нам надо знать о профессоре Гасане Гусейнове? Гасан Гусейнов - никто.
Что надо думать о киберквирхудожнице Деллирии Рататуевой? Абсолютно ничего.
Можно порасстраиваться, что поп-медиа присваивают Егора Летова, что-то еще. Однако, реагируя на вымученные фейерверки для зомби, вспоминайте о Василии из первого абзаца.
А Василий - конченный.