Чем отличаются фильмы, снятые в разных странах по одному сюжету.
Продолжаю тему про особенности национально-культурного восприятия.
«Желтый платочек счастья»/Shiawase no kiiroi hankachi
режиссер Ёдзи Ямада
В главных ролях: Кэн Такакура, Тиэко Байсё, Каори Момои, Тэцуя Такэда
Япония, 1977
(Про японскую версию, а именно, почему надо дождаться финала этого фильма, немного здесь рассказывала.)
«Желтый платочек счастья»/The Yellow Handkerchief
режиссер Юдайан Прасад
В главных ролях: Уильям Хёрт, Кристен Стюарт, Эдди Редмэйн, Мария Белло
США, 2008
Сценарий обоих фильмов написан по рассказу американского автора. Какие подробности были описаны в рассказе, не знаю. На русский рассказ не переведен.
По сюжету, по фабуле совпадение полное.
Если совсем вкратце, то сюжет такой. Трое одиноких и незнакомых между собой людей: молодой парень, молодая девушка и мужчина за 40, едут на машине молодого парня по своей стране. Компания образовалась случайно. Первые двое едут в поисках новых впечатлений, мужчине с ними по пути – сначала скрывает, а потом выясняется, что хочет вернуться в свой город после долгого отсутствия (еще чуть позже рассказал, что сидел в тюрьме за убийство).
По жанру: роуд-муви, с ответвлениями в виде воспоминаний главного героя. Сюжет атмосферный, про «да здравствует любовь!».
Не буду касаться художественных достоинств фильма (у японского они есть, но для фильма, который называется «шедевром», мне хотелось бы побольше; у американского практически нет). Дело не в этом.
Мой интерес в том, как сюжет был адаптирован для разных кинозрительских аудиторий.
(Небольшое задание. Попробуйте представить, что могло бы быть в российском ремейке.)
Японский фильм больше ориентирован на массовую аудиторию.
Американский – предполагаю, для ограниченной публики – любителей т.н. независимого кино.
В японской версии главный герой работает на шахте и знакомится со своей будущей женой в магазине, где она кассир; женщина по характеру мягкая, скромная, застенчивая.
В американской – главный герой работает на буровой в море, вахтовым методом. Его будущая жена – владелец небольшой компании по аренде катеров, по характеру самодостаточная, волевая, немного даже жесткая.
Я.: много пейзажей Хоккайдо.
А.: американские южные штаты.
Я.: главный герой ведет себя с будущей женой сдержанно, не позволяет себе лишнего, однако попытка форсировать отношения не встречает понимания.
А.: чуть ли не на первом свидании пытается склонить к сексу, что встречает очень резкий отпор.
Я.: парень хочет выглядеть стильным модником.
А.: парень хочет выглядеть необычно – носит куртку в стиле Армии конфедератов.
Я.: парень много фотографирует, для памяти.
А.: много фотографирует, но для фото-экспериментов, как художник.
Я.: девушка, спутница, ведет себя весьма скромно, но доверяет и сопереживает мужчине, который защищает ее от парня, поначалу очень сексуально озабоченного.
А.: девушка чуть ли не навязывается мужчине, парня не боится; парень сексуально более сдержан.
Еще, конечно, кастинг. Особенно яркое различие в типажах героинь.
Какие-то различия не показались мне существенными, что-то я уже забыла, а что-то не заметила (например, совсем не разбираюсь в моделях машин).
Но важен сам факт привязки фильма к местности, к тем зрителям, которые будут его смотреть.
Что-то из этих деталей будет естественным фоном, контекстом, в котором живут и сами зрители, что делает реальность фильма своей.
Что-то должно вызвать особую, но понятную только им (японцам в японской, а американцам в американской версиях) реакцию. И непонятную мне, смотрящую фильм из русской куль туры.
Как вот мог реагировать советский кинозритель в конце 70-х на историю, в которой простой молодой парень покупает машину и катается на ней по стране?..
Меня вот поразил одинаковый момент в обоих фильмах, которому американский и японский зрители, наверно, не придают значения. В полицейский участок прибывает доставщик еды: «Кто заказывал жареную печень с луком?». Жареная печень с луком? Такое у них популярное блюдо? Доставка в полицейский участок?
И это я смотрю фильмы в 2019 году, когда и у нас этот сервис получил развитие, а если бы лет на десять раньше?..
Возможно, какие-то разночтения получились не из-за того, чтобы сделать фильм более понятным своему зрителю, а потому, что по-другому виделся сюжет и характер персонажей. Трудно сказать.
Какие-то изменения произошли в культуре за 30 лет – период между фильмами. Просто сам зритель изменился.
Трудность сопоставления еще и в том, что американская версия была плохо принята публикой, если судить по тому, что фильм собрал очень маленькую кассу. То есть американская версия не была принята и своей публикой? Или не повезло с прокатом?..
А есть еще одна японская версия – 2011 года, которую Едзи Ямада же, но с другими актерами, сделал для ТВ. Очень интересно было бы и ее сравнить, но не видела, ничего не могу сказать.
К чему и зачем это все?
В прошлых статьях про культурный релятивизм и про аутентичный взгляд я пыталась донести идею, что отношение к произведению искусства строится на основании субъективных критериев зрителя. То, что мы видим, зависит от того, какие мы.
Зритель смотрит на фильм, находясь и перенося на него свою, как говорится, систему координат.
У зрителей из одной национальной или, как еще говорят, этнической культуры много общего. Они все видят примерно одинаково.
Но зрители из разных смотрят по-разному.
Именно эта разница и может быть причиной непопадания в фильм. Оценка его как скучного, непонятного, странного. При том, что в своей культуре фильм мог быть принят на ура.
Возможно, кто-то встречал подборку отзывов американских кинозрителей на советскую кино-сказку «Морозко» Александра Роу и комментариев по поводу этого нашего зрителя.
Вот с ними яркий пример непопадания: американский кинозритель в шоке от увиденного, а российский в комментариях – в шоке от их оценок. Первый не понял фильм, а второй не понял, что тут непонятного.
Ключевые термины для этой статьи: кросс-культурные исследования, локализация. Погуглите, если интересно.