Слово «китайское» мы употребляем довольно часто. Оно связано с разными реалиями, но с литературой – в последнюю очередь. Особенно с детской литературой. Англоязычная – да, скандинавская – да, литература Германии, Австрии, Франции, венгерская литература, чешская литература… Но китайская? Мы не знаем китайских писателей, пишущих для детей. Почему – это отдельный интересный вопрос. И для нас, наверное, удивительно слышать, что китайская детская литература, по мнению китайских экспертов, в последние три десятилетия пережила расцвет. В Китае много детских писателей, и они работают в разных жанрах. Насколько это интересно для нас? Можем ли мы обнаружить в китайской литературе что-то такое, что сами не умеем сказать? Видимо, это станет понятно в самом ближайшем будущем: китайские издатели ищут выход на российский рынок. И, среди прочего, они предлагают нам свои книжки-картинки.
В Китае это направление детского книгоиздательства развивается особенно интенсивно – гораздо интенсивнее, чем у нас. И, как считает китайский писатель и переводчик профессор Джу Зикиянг, если раньше книжка картинка ассоциировалась исключительно с малышами, то сегодня этот жанр уже вышел за пределы узкой возрастной ниши. Изменилось качество книжек-картинок, изменились темы.
Недавно в издательстве «Поляндрия» вышла книжка-картинка китайского автора и иллюстратора Чжана Чжэмина «Снежный олень».
Это сказочная притча о круговороте жизни в природе. О том, что мир природы то и дело переживает человеческое нашествие: человек даже не то чтобы сознательно губит живое, а просто берет и использует его «тело» для своих целей, без раздумий и сожалений. Но живое обладает великой силой восставать из небытия.
Как это часто бывает в книгах-картинках, главное здесь – иллюстрации (текста совсем мало, на некоторых разворотах его совсем нет). Причем иллюстрации черно-белые: трагические события происходят зимой. Только олени, маленький и большой, выделяются на черно-белом: они теплые, коричневатые, цвета древесной коры.
В лес приезжают лесорубы и вырубают деревья. На одном из разворотов открывается вырубка ‒ это панорама, состоящая из пней. Она чем-то напоминает зимнее кладбище. Все тонет в снегу. Печаль тоже тонет.
На границе вырубленного леса толпятся животные. Среди них – два оленя. Олени в книге загадочно-непривычные. Они и олени, и деревья одновременно: между формами живого нет непреодолимой грани. И один из древесных оленей становится жертвой вырубки. Но, погибая, он успевает закрыть собой маленького олененка. Или недавно пробивший кустик? Это загадка, которая завораживает ребенка, просто берет его в плен.
Это олени? Или деревья? А их убьют? А они убегут?
Но вот же пень. Значит, это все-таки было дерево. Дерево умерло?
Нет! На одной из последних страниц мы видим: на пеньке появился побег. И олененок глядит на него и… что? Это вопрос к ребенку. И ребенок непременно увидит, что маленький олененок улыбается зеленой веточке. На предпоследнем развороте мы видим целое стадо оленей. Они как бы приходят на смену единственному большому оленю, которого мы видели в начале книги. А на заднем форзаце – распускающиеся деревья. Это по настоящему цветной разворот. Только краски здесь самые нежные из возможных, прозрачная акварельная зелень.
Олени, похожие на деревья, деревья, похожие на оленей, ‒ как ты думаешь, кто это? Кстати, а почему олени похожи на деревья? Может быть, эти олени – не простые? Может быть, это души леса? А души ведь не могут умереть? Как ты думаешь?
Это все вопросы к ребенку. В пять лет и даже в четыре с половиной года уже интересны. И интересны картинки с загадочными образами.
И, конечно, ребенок скажет, что души не могут умереть. Потому что ему нравится так отвечать. И то, что душа – как олень, это такой подарок, который преподносит читателю художник Чжан Чжэмин.
В силу своей поэтичности и многослойной метафоричности эта книга должна понравиться и взрослым. Метафоричность открывает свободу интерпретации, а поэтичность книги рождает чувство грустной, но возвышенной отстраненности.
Иллюстрации Чжан Чжэмина тихие, медитативные. Даже шум, который привносят в мир машины лесорубов, как будто тонет в снегу. Природное здесь все равно оказывается сильнее технических разрушений ‒ потому что оно способно возрождаться.
«Но вечно зеленеет древо жизни» ‒ это «своими словами» сказал нам художник и автор книги «Снежный олень».
Марина Аромштам, писатель, журналист, педагог, главный редактор портала Папмамбук