Есть Москва, а есть Россия.
Согласны?
Я да. Не провожу, конечно, знак неравенства между всеми соответствующими компонентами систем, образующих эти социально-географические единицы, но все же Москва не равно Россия. Как минимум жители столицы чувствуют чуть (или не чуть) больше уверенности в вопросе, касающихся их прав — это я на личном примере не единожды проверяла. А еще они очень слабо представляют, что там за табличкой с надписью «Московский регион» творится. Вот я, я рисованная москвичка (живу тут всего-то 6 лет, регулярно бываю за пределами не только Москвы, но и области, поддерживаю живую связь с жителями периферии), однако и меня фильм «Простой карандаш» поставил в тупик: неужели, правда?
Художница Антонина Золотарева приезжает в унылую глубинку, соседствующую с исправительной колонией общего режима, где за вроде как сфабрикованное дело отбывает наказание ее супруг. И это не просто порыв, а взвешенное, обдуманное решение: первым делом Тоня найдет жилье, устроится на работу, а уж только потом пойдет на свидание к мужу. Работать будет в местной школе, уча детей видеть красоту в окружающих их вещах. Вот только в укладе этого поселения красоту рассмотреть не так-то просто: все местные живут под гнетом страха перед одним человеком. Не желая мириться с уродливой изнанкой, Антонина бросится на борьбу с извращенной иерархией, дабы добиться справедливости. Вот только, кажется, нужно это только ей одной…
Стилистика картины построена на оксюмороне: здесь прекрасное соседствует с безобразным, сильное со слабым, а чистое с грязным. Очень хороший ход, прекрасно работающий на общую динамику, с которой здесь тоже полный порядок — скучать зрителю не приходится, а темп иногда даже хочется усмирить. Прекрасно играют актеры, особенно — дети-актеры, среди которых нет профессионалов. Удивительно точны школьные зарисовки, от них не веет идеальной отрепетированостью — скорее они похожи на любительскую съемку с задних парт, а звуковая дорожка служит тому подтверждением (для меня это недостаток — некоторые фразы сливаются в фонетическую бессмыслицу).
Что касается сюжета, то для нашей страны он буквально хрестоматийный, а главная героиня навевает сразу два образа из русской литературы: образ сильной женщины из поэмы Некрасова, срисованный с жен декабристов, и образ Катерины Островского — тот самый «луч света в темном царстве». Обидно, что и развязка перекликается с «Грозой», оставляя зрителя без ответов, а лишь с очередной кипой вопросов для раздумья: безнадега, замурованные стены, малодушие. С другой стороны, как может ответить один человек (здесь режиссер) на вопрос, который у нас веками остается в статусе риторического?
Но один ответ мне бы все-таки хотелось получить: что это? Философская зарисовка или реальность? Неужели беззаконие такого калибра где-то существует в такой ужасающей обыденности?
Если вам понравилась статья, то ставьте лайк и подписывайтесь.
Еще больше о кино — Cinemacountry и Instagram!