Это самое глупое выражение в мире. «Я влюбилась» - как будто у тебя не было выбора. Выбор есть всегда. Я могу влюбиться, я могу сдаться этому или могу сопротивляться. Я не знаю, когда наступил этот момент.
С того момента, как я встретила своего нынешнего парня на праздничном ужине у друзей несколько лет назад, я влюбилась в него. В то время он был женат, но в наше время брак не имеет значения. Он ничего не сделал за исключением непосредственного чувства осознания того, что посеяна великая любовь.
Я решила сдаться - его дьявольской улыбке, внимательному взгляду и харизме без усилий, под которыми я чувствовала драгоценные намеки на уязвимость.
Я не совсем глупый человек, поэтому связалась с женатым парнем, не ожидая, что он покинет свою жену, несмотря на нашу страсть. Это была любовь с первого взгляда. Я получила все, что могла получить, какой бы коварной вы меня ни считали. Я никогда не говорила «нет» импровизированным встречам, и коротким смс в 10 вечера. Меня никогда не волновало, что мы редко выходили на публику. Я никогда не отказывала ему в сексе.
«Я могу сопротивляться всему, кроме искушения», - писал Оскар Уайльд в фильме «Леди Уиндермир». Когда дело дошло до моего женатого мужчины, я осознала это чувство в полной мере.
Неизбежный вопрос: чувствовала ли я себя плохо из-за своего статуса «Любовница»? Честно говоря, не очень. Я смогу избежать любой ненависти к себе, которую я должна была бы испытать, потому что никогда не верила в подход «первым пришел - первым обслужен» к противоположному полу. Была ли моя вина, что мы встретились после того, как он связал себя узами брака? Хотя его заявления о сексуальной депривации, вероятно, были преувеличены, я также как-то обвинила его жену в том, что он, казалось, отчаянно пытался быть разведенным. Однако, я не чувствовала себя плохо просто потому, что мы делали друг друга чертовски счастливыми.
Вскоре после того, как моя старшая сестра Света умерла, мои эмоциональные потребности начали меняться. Пустота нуждалась в заполнении, возможно, потому что роман вдруг оказался неадекватным. Поэтому я осмелилась спросить моего любовника, думал ли он о том, чтобы развестись со своей женой.
Его ответ был исчерпывающим: «Невозможно».
Беспокоясь о реальности, которую я игнорировала - с впечатляющей или презренной легкостью — так долго, я решила начать встречаться с другими парнями, предлагавшими мне встречи. Мои основные критерии? Неженатый. Я наконец созрела.
Однако независимо от того, насколько оптимистичной я оставалась, ни один парень, с которым я встретилась, не мог сравниться с моим женатым. Всякий раз, когда я пыталась убедить себя в том, что могу в равной степени испытать чувства к другому, ощущение того, что они не такие, как он всплывало на поверхность моего сознания. С чередой неудачных краткосрочных отношений я начала осознавать, что мне, возможно, придется жить незаконной любовью всю оставшуюся жизнь.
Затем случилось невозможное: они развелись.
Через полгода, освободившись от бремени бегства, мы стали «настоящей» парой. Несмотря на то, что страсть между нами пережила этот переход, независимо от того, насколько я хотела верить в другое, мы никогда не испытывали просто похоть.
Поскольку наши отношения развивались, я придерживалась мнения, что не сыграла существенной роли в разводе. Я часто говорила себе, что верить в то, что я была бы ключевым фактором в уничтожении пары, было бы слишком большим бременем для меня. Снова и снова я убеждала себя: дела не происходят в вакууме! Ты не такая опытная соблазнительница! Ее ошибка - ваша выгода, поэтому примите ее и двигайтесь дальше!
Но однажды, примерно через два года после того, как документы о разводе были подписаны, и наши отношения приобрели квази социально приемлемый статус, во время встречи с другом, когда мы пили вино на веранде его дома мой мужчина сказал: «Я оставил жену ради Марины».
Переваривая эти слова, я ожидала, что они будут кислыми. В конце концов, его признание противоречило утверждениям, которые я предъявляла себе и всем, кто спрашивал, в течение длительного времени. Они подавляли все мои попытки уменьшить мою роль в разводе или извинить себя за кражу чужого мужа. Что некоторые называют воровством, другие — спасением.
Вместо этого я почувствовала себя истощенной, опустошенной.
Возможно, мой парень не был инициатором развода. Возможно, он и его бывшая жена могли бы справиться с любыми неудачами в браке, если бы я не вошла в их семью. Может быть, я разрушитель семьи. Я не говорю, что мои чувства правильны. Все, что я знаю, это то, что я и мой парень подходим друг другу на уровне, который мне повезло понять. Для меня этого достаточно.
Должна ли я чувствовать себя виноватой? Должна ли наша любовь умереть? Стоит ли мне раскаяться?
Я не знаю