Ни система, ни Союз не должны были исчезнуть именно таким образом. До либерализации и демократизации сверху лишь горстка диссидентов осмеливалась публично высказывать свои обиды и требования. Другой лидер, отличный от Горбачева, мог бы прибегнуть к давнему принуждению в тот момент, когда он увидел, что реформа ведет к потере контроля. Другой лидер, отличный от Ельцина, возможно, стремился бы сохранить границы "Великой России", а не принять границы, которые никогда, исторически, не были границами его страны и которые, кроме того, означали, что 25 миллионов русских внезапно оказались живущими "за границей". Каждая из пяти великих трансформаций взаимодействовала с другими и влияла на них.
Пятнадцать новых государств стояли там, где недавно господствовала одна могущественная сверхдержава.
Но последовательность состояла в том, что Советский Союз был сначала реформирован, затем преобразован, а затем распался все в течение шести с половиной лет. Она перестала быть коммунистической системой в любом значительном смысле со времени проведения общегосударственных выборов весной 1989 года. Внутри Коммунистической партии на смену "демократическому централизму" пришли энергичные общественные дебаты. Кроме того, основной принцип "ведущей роли" партии в политической системе и обществе подвергался критике со всех сторон по мере возникновения новых политических организаций. В марте 1990 года монополия Коммунистической партии на власть была исключена из Советской Конституции, что стало формальным признанием того, что происходило на местах в течение последнего года.
Редко, если вообще когда-либо, высоко авторитарная политическая система, применяющая военные средства, достаточные для уничтожения жизни на Земле, была демонтирована так мирно. Никогда еще Империя не распадалась с таким малым кровопролитием. Хотя для государств-преемников оставались огромные трудности, то, как советский коммунизм пришел к концу, было одной из самых больших историй успеха политики 20-го века.