В одной из прошлых публикаций я допустил досадную оплошность. Написано у меня было одно, а текст на подсознательном уровне я читал совершенно иначе. И это несмотря на то, что статью перечитывал и перед опубликованием, и после опубликования. Речь идёт о ремне генератора, который я почему-то (сам не пойму) назвал ремнём ГРМ. На ошибку мне указали – со стёбом и хамским обращением. Ошибку исправил, комментарий удалил. Понятное дело, что в ВАЗ'овской «копейке» ГРМ крутит не зубчатый ремень, а цепь. С этой цепью (хотя не совсем с цепью) у меня однажды вышла история...
Был период в жизни, когда «шахтёрский» ВАЗ-21011 был то у отца, то у меня. И будучи в моём временном владении в двигателе оборвало успокоитель цепи газораспределительного механизма (попросту – ГРМ). Цепь зазвенела! В принципе, в замене успокоителя ничего сложного нет, наверняка многие из вас неоднократно занимались подобным ремонтом. Без особых проблем извлёк из блока отломанный успокоитель, наживил на резьбу новый. Работал расслабленно, вальяжно – в руке держу рожковый ключ 17х19 и этой же рукой успокоитель придерживаю внутри блока, пока другой рукой накручиваю болт. Из-за расслабленности и отстранённого внимания ключ выскользнул из замасленной руки и с лёгким «звяк-звяк» брякнулся куда-то вниз. Ах, ты – зараза!
Пытался разглядеть где он там застрял – не видно, полез рукой – не пролазает. Чёрт, этой проблемы мне ещё не хватало! И как назло, ехать скоро надо. Собрал назад двигатель, всё затянул-подтянул – можно мыть руки, заводить и ехать. Но где и в каком положении спрятался ключ?
Опёршись на крыло, покачал автомобиль, чтобы в случае чего ключ упал плашмя на поддон картера. Впрочем, я не услышал, чтобы в двигателе что-то брякнуло, звякнуло, булькнуло. За храповик медленно проворачиваю коленвал на один оборот – ничего подозрительного, вращение свободно-с-усилием, не заклинило. Снимаю с трамблёра крышку, пробую чуть провернуть коленвал стартером – вроде норм. Кручу подольше – то же самое. Крышку трамблёра ставлю на место, завожу и слушаю – двигатель работает ровно, без звонкого лязга цепи. «Ладно, – думаю, – ключ потом достану. Сейчас проеду по дороге через хлебное поле, на кочках ключ сползёт под маслоприёмник в картере и оттуда он уже никуда не денется».
После «потом» было «завтра», затем нашлись ещё дела и в конце концов про ключ я забыл. И отцу ничего не сказал – сначала «забыл» с намерением достать ключ по-тихому, а потом действительно забыл. На масляной грязи ключ крепко прилип к поддону в выштамповке (там, где сливное отверстие), нашёл своё укромное местечко и во время движения даже по кочкам совсем не гремел. Ремонт был весной, а осенью...
Осенью машина была у отца. Решил он перед зимой масло поменять, заодно и прокладку на поддоне новую поставить. С его слов: сливаю масло, откручиваю болты, снимаю крышку. Глядь, а она гря-а-зная! Плеснул бензинчику – о, ключ! Чё это он тут делает? Забыл кто или спрятал от кого?
Рассказывает, а сам на меня косится. Я слушаю, при этом взгляд тупо в землю и в сторону. Отец спрашивает:
– Давно спрятал?
Что уж тут отпираться? С повинной головой сознаюсь:
– Да с полгода назад, ещё по весне, когда успокоитель менял.
– А что сразу не достал?
– Зачем? Я же его спрятал! От тебя, от себя. В масле что ему будет? В общем, так, – и рассказал всё как было.
Уже нет в этом мире отца, давно выведен из эксплуатации автомобиль, а тот самый рожковый ключ 17х19 до сих пор жив. Правда, сейчас он совсем не блестючий, каким был когда лихо сиганул из моей руки в нутро «жигулёвского» двигателя.