Вторая часть статьи про веселые лингвистические и культурные шутки в аниме, не поддающиеся адаптации, на примере «Прощай, унылый учитель». Заканчиваем разбирать первый сезон. Итак, поехали!
Прекрасная седьмая серия про додзинси полна веселых каламбуров и «культурных» шуток. Например, обыгрывается тот факт, что изначально, в 19-20 веке слово «додзинси» обозначало любительские литературные журналы, выпускаемые группами авторов. И лишь в современности это слово приобрело значение «любительских комиксов, часто неприличного содержания, по мотивам известных произведений» — именно такие вещи рисует Фудзиёси, и именно эти додзинси продают на комик-коне. У Итосики-сенсея же представления более старомодные… Арараги и Сиракаба — это известные литературные кружки начала 20 века, которые выпускали свои частные журналы додзинси. Фудзиёси-сан же решила, что это название пейринга.
Собственно, эта шутка в комментарии и не нуждается — думаю, большинство знает, что яой изначально это сокращение от фразы «без кульминации, без концовки, без смысла».
А вот дальше интереснее. Тири заявляет, что читает только ёнкомы (четырехкадровые манги, обычно комедийные), и требует чтобы Фудзиеси перерисовала свою работу в таком стиле, что та и делает, создавая основу типичной яойной манги из четырех фаз — завязки, развития действия, кульминации и развязки, звучит название этих 4 фаз в японском как «ки», «дзё:», «кэн» и «тэцу» (пишется иероглифами, которые на скринах в кружочке).
Когда иностранка Мария-тян решает также нарисовать мангу, и ее просят нарисовать в соответствии с последовательностью «ки-дзё:-кэн-тэцу», она путает иероглифы, и вместо «завязки-кульминации-развития-заявки» просто подбирает четыре рандомных иероглифа с соответствующими китайскими чтениями. И создает комикс на основе этих слов: «ки» — демон (японское чтение слова «они»), «дзё:/сё:» — ранение, травма, «тэн» — небеса (как «царство небесное») и «кэцу» — кровь (японское значение «ти»).
Вспомним также восьмую серию.
Половина восьмой серии посвящена каламбуру, связанному с тем, что слова «эвакуация» и «критика» в японии являются омонимами (одинаково звучащими словами), и звучат как «хинан». Только иероглифами пишутся разными. И «тренировочная эвакуация», или, как было бы лучше перевести «эвакуационные/пожарные учения», которые проводятся во всех японских школах (эвакуации в Японии могут быть связаны не только с пожарами, но и с землетрясениями и наводнениями, это важный навык) превращаются в «тренировки критики». Звучат эти словосочетания совершенно одинаково. Это основа дальнейших шуток.обственно, Фуура имеет в виду не «критиковать» а «при эвакуации», разумеется, но так как «критиковать» и «эвакуироваться» — омонимы… Ну, вы поняли.
И, наконец, последняя серия, в которой Тиэ-сэнсэй играет с местной хикикомори в странную игру.
То, во что они играют — это смешение традиционной японской игры карута в упрощенном ее варианте для детей (когда нужно схватить карточку не с продолжением стиха, а со знаком хираганы, на который начинается японская пословица) и твистера — то есть здесь нужно не просто схватить карточку, а положить на нее руку или ногу.
При этом пословицы, которые используют игроки, в «Унылом учителе» тоже непростые…
На самом деле это переделка японской пословицы «И собака, просто гуляя, может попасть под палку» (犬も歩けば棒に当たる — Inu mo arukeba bo: ni ataru), которая означает, что неприятные или приятные события могут нагрянуть совершенно неожиданно, в любой момент. Эта шутка используется еще раньше в серии — Фуура путает глагол, и получается выражение «И собака, гуляя, может наткнуться на палку» (буквально — «проткнуться» палкой) — 犬も歩けば棒に刺さる (Inu mo arukeba bo: ni sasaru).
А тут, собственно, неожиданное окончание хорошо известной пословицы «Хана ёри данго» (привожу объяснение из Википедии)
Название «Хана ёри данго» является игрой слов и основано на японской идиоме 花より団子, которая переводится как «лучше данго (рисовые шарики), чем цветы» и читается «хана ёри данго». Используется для описания человека, который делает что-либо не для высоких целей, а ради денег, еды, плотских утех. По традиции японцы каждую весну ездят за город всей семьёй, чтобы полюбоваться цветением сакуры. Во время созерцания красоты розовых лепестков они едят традиционные рисовые шарики, пьют саке. «Лучше данго, чем цветы» — так отзываются японцы о тех, кто выехал на природу не ради высоких эстетических целей, а чтобы провести время и вкусно поесть.
Однако вместо ожидаемого всеми «Го» после «Хана ёри дан…» внезапно произносится «Онироку». Дан Онироку — это фамилия и имя японского писателя, очень известного своими произведениями на тему БДСМ (считается самым известным автором садо-мазо романов в Японии).
Конечно же, это аниме прекрасно не только специфическим японским юмором — тут полно веселых и крутых отсылок на современное общество, которые будут отлично понятны всем и очень метко высмеивают некоторые аспекты японского (а порой и общемирового) социума.