Вот ведь бывает: сидишь себе на кухне, и вдруг приходят воспоминания о былых временах, когда был школьником, и мир был совсем другой, и солнце по-другому светило, и вообще — другая вселенная вокруг тебя была. И были какие-то увлечения, устремления, желания и даже иррациональные (с позиции моих теперешних лет) задумки, которые, несмотря на свою бессмысленность, воплощались в жизнь. Одна из них — желание научиться считать от одного до десяти на разных языках. Зачем уметь только по-русски? Это ж неинтересно: один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять. Делов-то — каждый так умеет. Отец вот в школе учил немецкий, он подсказал, как это звучит на грубоватом языке прошлого противника сорокалетней давности: айн, цвай, драй, фир, фюнф, зекс, зибен, ахт, нойн, цен. Мама в школе изучала французский. Это было удивительно, ведь в моей современной советской школе 80-х этого языка не преподавали, да и никто из моих знакомых не мог похвастаться, что у них он есть. По-французски с