.
Аркадий Драгомощенко, всю жизнь писал на не русском языке, не имеющем никакого ни содержания, ни чувства, ни даже, мысли. Но как ни странно, что-то его роднит с поэзий М. Еремина , я имею в виду , конечно же, так называемое филологическое направление в поэзии, к которому можно назвать причастным и Аркадия Драгомощенко, хотя, безусловно как явление М Еремин значительнее, глубже, и лучше, во всяком случае, это полноценная поэзия , хотя и не жизненная, утопающая в тяжелой языковой утробе , в которой душе тяжело дышать, и поэтическому я невозможно, или трудно родиться. Но как человек, Аркадий не был плохим, и был лучше, открытее и добрее, и отзывчивее, чем он мог показаться на сцене., на которой он изображал из себя сноба. У нас установились, не смотря на глупую ссору с ним, (произошедшую, в 1999 году) хорошие , даже, теплые отношения. А недавно, я стал перечитывать сборник его стихов, и ранних и поздних. О чем я подумал, перечитывая его книжку?
Конечно, я не сказал бы, что Драгомощенко бесталантлив, он талантлив. Даже в его стихах Великое Однообразие Любви, (единственных стихах, которые мне у него нравятся) , сквозит его особенная интонация по украински мягкая, смысловая, музыкальная, и в то же время, точная. Он боялся писать наивнее, боялся своей провинциальности, боролся с этой врожденной интонацией, которая его выдавала, потому и не смог воплотить себя, так , как он мог бы себя воплотить, при этом, именно в своих же, верлибрах. Потому и сноба из него не получалось в жизни, каким он был на сцене. Он слишком много пил, а выпивший становился очень душевным, лез ко мне целоваться.
Я с симпатией стал к нему относиться.
