Я еле поспевал за ним. В темноте. Но ещё страшнее было остаться здесь одному. Поэтому я прилагал максимум усилий дабы не отстать. Мой нежданный попутчик ловко менял направления и ни разу не ошибся при поворотах коридоров этого подземелья. Вскоре мы достигли выхода. Дверь оказалась заперта, но тем не менее, скудный свет луны и заходящихся пожаров, проникающий сквозь сквозь узкое зарешеченное окно, открыл жуткую картину — всё пространство перед массивной дверью было буквально залито кровью и усеяно фрагментами тел. Ни одного целого трупа видно не было, словно здесь поработал мясник огромным топором. Смрад от крови и выпотрошенных кишок тяжело и непоколебимо висел в воздухе.
Меня скрутил жесточайший приступ рвоты. Я, казалось, выворачивался наизнанку и нисколько не мог успокоиться. Даже не открывая глаз, стоило только чуть втянуть воздух ноздрями. Так бы там я и остался, если бы меня не вытащил за шиворот мой спутник. Он усадил меня на землю, прислонил к стене и разорвал ворот моей рубахи. У меня перед глазами сквозь тьму плавали красные шары и мне было совершенно всё равно на то, что со мной происходит. Я тяжело дышал и всё норовил завалиться набок, чувствуя устойчивое першение под языком. «Какие мы нежные». - Как сквозь вату услышал я. - «О, да ты не человек!»
Вдруг перед глазами вспыхнули и погасли снопы искр. Погасли. Но и зрение начало возвращаться. Мой спутник сидел на корточках рядом со мной и напряжённо вглядывался в окрестный мрак. Он кинул на меня мимолётный взгляд.
- Очухался, Ангелок? - Спросил он и продолжил, не дожидаясь моего ответа, - на этом замке можно ставить жирный святой крест — к утру живых здесь не останется, поэтому будем уходить. Я пойду первым, ты за мной. Отстанешь — сгинешь. Я пойду быстро, нужно бежать. Ты следи за тылом. Если что заметишь — ори так, как будто тебе яйца дверью защемило! Терять нам уже будет нечего. Если нас заметят, гнать будут до рассвета. Всё, смотри в оба и не отставай. Двигаемся на счёт «три» - раз, два, три!
И он рванул с места, как спринтер. Меня обдало ледяной волной ужаса, что я могу остаться здесь один и я даже не заметил как подскочил и помчался за ним, топая, как буйвол и грозя споткнуться и полететь кубарем. Я не оглядывался, мне было просто страшно это сделать, да и потерять тёмный силуэт своего спутника было ещё страшнее. Я практически летел, едва касаясь земли ногами, не закрывая, выпученные от ужаса, глаза. Несколько раз меня хлыстали какие-то прутья по лицу, пару раз я спотыкался и лишь чудом смог не упасть. Попадались по пути и выпотрошенные трупы, и размазанные поперёк дороги их внутренности. Мне было уже всё равно, главное — не потерять мелькающую впереди спину.
Так мы добежали до входа в башню. Я буквально налетел на впереди идущего, когда он остановился напротив тёмного провала входа, выставив перед собой кинжал.
- Стой, Ангелок! - Скомандовал он мне. - Сейчас поднимемся на стену и прыгнем в ров. Другого пути нет. Плавать умеешь? Неважно.
И он шагнул в темноту провала. Я прыгнул было за ним, но врезался в его спину — он стремительно пятился задом. Оттолкнул меня, я упал и увидел жуть — из башни неуклюже топал мёртвый воин. Весь залитый кровью, с обглоданным лицом, так что белый ряд зубов блестел в лунном свете, а за ним весёлой гирляндой тянулись его же кишки. Воин неловко взмахнул рукой, пытаясь достать моего спутника, тот отмахнулся кинжалом, увернулся и толкнул мёртвого ногой в спину — тот отчаянно замахал конечностями, но не устоял и рухнул, взбив тучу пыли.
Мой спутник повернул ко мне своё обезображенное диким ужасом лицо и заорал, переходя на ультразвук:
Бежим! Бежим!!!
И мы побежали. Так, что недавний мой кросс показался бы детским развлечением. Нам будто приделали крылья, мы не ощущали ног, мы взлетели по винтовой лестнице башни до площадки стен за пару ударов сердца и так же быстро и не раздумывая кинулись вниз, во тьму. Уже в полёте в голове у меня замелькал рой мыслей, типа, а есть ли там вода, а достаточно ли сильно я оттолкнулся и подобное, но я уже летел и изменить ничего было уже нельзя.
Продолжение следует...