или
Как товарищ Троцкий японцам Сахалин продавал
Нынешний малопонятный (и оттого крайне подозрительный) "переговорный процесс" по Курильским островам все больше становится объектом пристального общественного внимания. Причем в тональности типа "никогда такого не было - и вот опять..." Поэтому надо сказать честно - было уже такое. Примерно 100 лет назад. И даже некоторые параллели имеются...
Начнем с того, что после того, как в октябре 1922 года красные войска вошли во Владивосток, закончив тем самым Гражданскую войну, на Дальнем Востоке все перепетии, с ней связанные, на этом отнюдь не закончились.
Дело в том, что японцы в 1918 году под шумок оккупировали северную часть острова Сахалина - и выпроводить их оттуда силой у Советской России не было никакой возможности. Поэтому и о перспективах отношений с Японией после войны В.И.Ленин в ноябре 1922 года в последнем своем публичном выступлении говорил крайне витиевато:
«И вот, взятие Владивостока показало нам (ведь, Владивосток далеко, но, ведь, это город-то нашенский) всем всеобщее стремление к нам, к нашим завоеваниям. И здесь и там – РСФСР. Это стремление избавило нас и от врагов гражданских и от врагов внешних, которые наступали на нас. Я говорю о Японии».
То есть вроде как сочувствие народных масс избавило большевиков даже и от внешнего врага в лице Японии... которая, впрочем, продолжает оккупировать часть территории РСФСР - но напоминать об этом депутатам Моссовета Ленин не хочет. Вот такая дипломатическая загогулина получается.
И что же с ней делать? Вопрос интересный, поскольку уже в декабре 1922 года Ленин перенес инсульт и фактически отошел от руководства страной. Сахалинский узел предстояло распутывать его потенциальным преемникам... среди коих фаворитом в ту пору считался Лев Троцкий.
Тем более, что и в Токио "держали руку на пульсе" и делали тонкие намеки. Уже 17 января 1923 года заведующий Восточным отделом Наркомата иностранных дел Лев Карахан сообщил в Политбюро о том, что японцы не прочь выкупить северную половину острова:
"Японское правительство и милитаристы не потеряли еще надежды, что в той или иной форме им удастся закрепить за собой Северный Сахалин. ...вопрос о Северном Сахалине ставится сам по себе и в плоскость простой покупки его Японией в собственность".
При этом японцы прямо об этом говорить не желали, а предпочитали провернуть сделку втихую и за кулисами:
" ... японское правительство несколько раз зондировало нас в Пекине о возможности возобновления переговоров и о тех условиях, на которые мы готовы были бы теперь пойти. В декабре месяце к т. Иоффе обратился представитель русско-японской ассоциации с предложением поехать в Японию под видом лечения с тем, чтобы использовать пребывание в Японии для предварительных переговоров о том, как выйти из создавшегося после разрыва в Дайрене положения и сговориться об условиях, на которых русско-японские переговоры могли быть возобновлены. Тов. Иоффе в случае его поездки будут даны все гарантии (право шифров, курьеров, неприкосновенность)... Но дело в том, что Япония боится пойти на официальные переговоры, ход которых невозможно скрыть и которые сейчас же сделаются достоянием гласности. Поэтому японцы прилагают усилия к тому, чтобы путем закулисных, частных переговоров сговориться с нами по основным вопросам, вернее, по основному вопросу о Северном Сахалине".
Сам Карахан от идеи такой закулисной миссии тов. Иоффе был не в восторге, поскольку считал распродажу территорий России (имеющих, к тому же, военное занчение) делом недопустимым. Однако 1 февраля 1923 года Политбюро, в котором в тот момент главным спикером был Троцкий, решило иначе: пусть Иоффе съездит в Японию и ознакомится с перспективами, а тов. Троцкий даст ему соответствующие инструкции. Инструкции от Троцкого не замедлили появиться уже 2 февраля:
"Запутанное положение в Европе не исключает опасности того, что мы можем подвергнуться новой блокаде с Запада. При таком положении дальневосточный путь и отношения с Японией получили бы для нас очень крупное значение. В частности, в случае, если бы агрессивная политика европейского империализма поставила нас в более или менее близком будущем перед опасностью новой войны, для нас имела бы большое значение возможность получить из Японии оружие, особенно винтовки и патроны русского или японского образца. В свое время японские дипломаты говорили о намерении купить у нас северную половину Сахалина и называли даже сумму (100-150 млн иен). Было бы полезно, если бы Вы в форме, Вас ничем не связывающей, проверили, насколько серьезны и реальны намерения японского правительства на этот счет, думает ли оно уплатить наличными (или товарами) или же намерено списать соответственную сумму с наших так называемых долгов Японии? Продажа Сахалина сейчас нами не предполагается. Но мыслимо такое осложнение европейского положения, при котором мы можем счесть целесообразным крупнейшие уступки Японии в Северном Сахалине (долгосрочная аренда и пр.) в обмен на золото или на оружие. Под этим углом зрения Вам надлежит произвести серьезную, но осторожную разведку и сообщить в спешном порядке Ваши выводы".
Тут надо сделать небольшое отступление в сторону международной политики и столь любимой Львом Давидовичем мировой революции.
Дело в том, что как раз в середине января 1923 года начал раскручиваться т.н. "Рурский конфликт", в ходе которого Франция и Бельгия оккупировали Рурский промышленный район в Германии чтобы выколотить из немцев репарации за Первую Мировую.
В результате германская промышленность оказалась парализованной, в стране стала стремительно раскручиваться инфляция... В общем - наметилась революционная ситуация в Германии, которую надо было только чуть-чуть подтолкнуть - проверенными революционными кадрами, оружием, деньгами...
Но зато возрастала опасность и ответных мер с Запада. И что делать? Да понятно что - "почти гениальный" Лев Давидович намеревался таким манером заручиться поддержкой японских милитаристов против британских империалистов. Ну прям как сейчас...
Ну и каков был результат миссии Иоффе? Да такой, как и ожидалось - намерения японцев о покупке Сахалина оказались вполне серьезными и в мае 1923 года Политбюро поставило вопрос о предстоящей сделке уже в практическую плоскость:
"Сообщить т. Иоффе, что Политбюро не возражает против дальнейшего ведения переговоров в направлении продажи о. Сахалина, причем сумму в миллиард считать минимальной, это предложение должно быть вначале сделано т. Иоффе с тем, чтобы он имел возможность запросить свое правительство. Сумма должна быть внесена или вся, или в размере 9/10 ее наличными, причем на эти суммы не могут быть обращены никакие расчеты между Японией и Россией".
Оно конечно: "миллиард как минимум" - это вам не сто миллионов. Но ... во-первых - лиха беда началом, а во-вторых - как же можно что-то продавать, не поторговавшись как следует?
Тем более, что созданная по этому случаю Политбюро "Для определения экономической и стратегической ценности о. Сахалина" рассматривала варианты и постепенной сдачи северной части острова - в том числе через "долгосрочную аренду", "совместное использование" и пр. хитрости:
"Долгосрочная аренда представляет политическую выгоду. Она приемлема, если плата за несколько лет вносится авансом. В процессе переговоров выгоднее не выдвигать сразу проект продажи и не раскрывать карт, а сначала предлагать аренду, чтобы затем в удобный момент перейти к переговорам о продаже. В случае продажи с уплатой в рассрочку львиная доля должна быть уплачена сразу вначале".
Ну и как? Ничего не напоминает? Ну там про совместное освоение Курильских островов, японские инвестиции, совместные японо-российские предприятия?
Однако в 1923 году не срослось - пока шли переговоры и обсуждались варианты ситуация опять изменилась: революция в Германии как-то застопорилась, а потом и вовсе не состоялась, позиции Троцкого осенью 1923 года в Политбюро пошатнулись, да и на Дальнем Востоке подули другие ветры: "главные враги" (по мнению Троцкого) в лице Англии и США после завершения "Рурского кризиса" начали нервничать уже по поводу чересчур наглого поведения Японии - и стали прямым тектом требовать от Токио убраться с Сев.Сахалина.
В результате проект с полной продажей острова был сперва благополучно положен под сукно, а потом и вовсе забыт. Освободившись от опеки тов. Троцкого советские дипломаты осмелели и - о чудо! - добились-таки в мае 1925 года от Японии отказа от всех сахалинских проектов и эвакуации японских войск из северной части острова .
Вот только вопрос - сможет ли наша дипломатия почти сто лет спустя так же изменить линию поведения современных "внешнеполитических гениев"?