День Победы я на тот момент зам командира стрелкового полка встретил в Румынии. После победы полк передислоцировали в Одессу. И я находился в резерве округа при комендатуре. Я майор 26 лет не женат с пятью боевыми орденами был парень «хоть куда» и пользовался благосклонностью у Одесских девушек. Раз познакомился с красивой девушкой она пригласила домой. Зашел разговор о войне. Я вспоминал что, будучи командиром отдельного штрафного батальона 59 армии Волховского фронта у меня под командой находилась аж рота одесских рецидивистов и многие из них отличились и были по моему ходатайству досрочно освобождены, а самые отчаянные и инициативные даже награждены, и я сам им вручал ордена.
Видно было, что ей именно эти мои воспоминания пришлись по нраву.
Видно девушка не простая была!
Как-то шел по Дерибасовской улице сталкиваюсь с капитаном, форма как на парад орден на кителе. Подходит обращается не по званию, а «комбат». Понял, что бывший мой подчиненный, но лица не помню хоть убей много народу через батальон прошло. В разговоре вспоминаю, это один из восьми разведчиков, что притащили ценного фрица – фельдфебеля!
И именно ему я вручал орден! После этого их по моему представлению досрочно освободили и направили в строевую часть, он закончил курсы младшего командного состава, получил мл. лейтенанта и дорос до капитана.
Спрашиваю: «Как жить дальше планируешь?» - парень смеется: «Корячиться от зарплаты до зарплаты не мое! Наше!!! Взять кассу на СТО ТЫСЯЧ и ЖИТЬ ШИРОКО! Как ВЫ нам рассказывали, есть только ЭТОТ СВЕТ!»
Дает мне предложение присоединиться к их «МАЛИНЕ» и даже ни в чем не участвовать, а для большего авторитета их организации. Я слегка и шутливо покритиковал его, что, не смотря на героизм и подвиги на фронте он не перековался в простого обывателя и сказал, что у каждого свой путь и этот при всем к ним уважении – НЕ МОЙ!
Но говорю хотел бы пацанов твоих лихих увидеть вместе ж кровь проливали!
Помнил, что один погиб, а остальные оставались живы! Он подошел к автомату и куда-то позвонил. Довольно быстро подъехала легковая машина. Говорит: «Поехали!». Окна зашторены. Доехали до какого-то дома там в подвале типа ресторана или кафе. Пускай говорит глянут на ТЕБЯ, а то разденут невзначай!
За столами расположились ребята по виду действительно лихие почти что все в морской одежде. Воровской мир в то время в Одессе предпочитал носить морскую форму. В главном зале была сцена, где играл оркестр, пары танцевали. За большим столом на почетном месте расположился я рядом мои бывшие подопечные, бывшие штрафники из батальона. Справа от меня усадили молодую женщину настоящую красавицу. Слева мой капитан. Через какое-то время подошли еще лейтенант и старший лейтенант бывшие мои разведчики.
Стол ломился от деликатесов и напитков, которые я в жизни не пробовал. Официанты наливали шампанское и мои бывшие подчиненные поднимали тосты в мою честь! Один крепкий парень, как-то странно и напряженно на меня смотрел, я тихо сказал по этому поводу моему «капитану», тот тут же испарился.
После застолья на другой машине тоже с зашторенными окнами меня довезли почти, что до комендатуры, где я на тот момент располагался. Капитан еще раз задал вопрос о своем предложении о присоединении к их организации. Я его поблагодарил, но отказался. Больше я с ним не сталкивался, но чувствовал, что «ЧЕРНАЯ КОШКА» ЗА МНОЙ НАБЛЮДАЛА…, наверное, на случай, что я побегу их сдавать. От всей этой истории я сожалею, что не воспользовался возможностью и не попросил моих лихих парней попугать на тот момент моего начальника, который из-за ерундового предлога заставил меня уйти на гражданку.
Через какое – то время анализируя ситуацию диву давался, как пошел на встречу с матерыми бандитами и на их «МАЛИНЕ»! Отчаянный был! Насмотрелся на ТАКОЕ на ВОЙНЕ! Что все было НИПОЧЕМ! Захотелось посмотреть, что стало с моими подопечными!
Изменили ли они свой образ жизни пройдя через огненный смерч Волховского фронта и штрафного батальона.
Нет все остались при своем отношении к этой жизни!
Но скажу одно я понял, что они меня уважали и я был для них авторитетом как командир! Значит я проводил правильную командирскую работу… и жестко требовал вплоть до расстрела и был человеком.
Простились по-братски. «Капитан» сказал, в Одессе с их командира и волос не упадет!
Просто при встрече с пацанами скажи: «Комбат Одесского штрафного батальона!» - и будешь цел!
От регулярной «зарплаты» в пятьдесят тысяч я отказался. Я понял — в Одессе хозяйничала «ЧЕРНАЯ КОШКА», крупные города тогда наводнили вооруженные шайки был послевоенный всплеск преступности.
В те времена в Одессе людей вообще, а офицеров тем более разоружали, раздевали догола, забирали удостоверения, награды, затащат в подъезд, припугнут пистолетом и раздевают. Это когда светло, а ночью по городу только группами ходили.
Я ходил по городу везде и в любое время и хоть бы что.
Всё-таки «ЧЕРНАЯ КОШКА» слов на ветер не бросала!
Осенью сорок пятого года милиция и МГБ их организацию разгромила. «Руководителей» около 15 человек хотели повесить на площади около вокзала. В последний момент повешенье заменили расстрелом, увезли в катакомбы и расстреляли.
КАЖДЫЙ СТАРАЛСЯ ВЫЖИТЬ КАК МОГ!
НЕ У ВСЕХ ПОЛУЧАЛОСЬ!
Из воспоминаний командира отдельного штрафного батальона майора Сукнева М.И. Волховский фронт. За основу статьи взята книга Тимофеева Алексея «Записки командира штрафбата. Воспоминания комбата 1941–1945»