Истоки выражения «показать кузькину мать» лежат в далеком прошлом. Они напрямую связаны с жизнью наших предков. Если помните, еще несколько столетий назад в нашей стране, впрочем как и во всем мире, не было ни фабрик, ни заводов. Люди собирали ягоды, грибы, охотились. Но главной пищей был хлеб, а его еще надо было вырастить. Вот и пахали крестьяне землю, сеяли рожь и всей душой надеялись, что посевы не погибнут и год будет урожайным.
Злейшим врагом крестьянина в те времена были насекомые, которые могли уничтожить весь урожай, ведь бороться с ними было ой как не просто. В наши дни такие вредители тоже встречаются. Например, саранча или колорадский жук. Но у нас есть масса химикатов, которые помогают (пусть на время, но все же!) избавить поле от непрошенных гостей.
У метеорологов в середине прошлого столетия было такое негласное правило — давать тайфунам женские имена. Вот и наши далекие предки дали человеческое имя, но только не женское, а мужское и не тайфуну, а мелкому насекомому (хлебному жучку, Anisoplia austriaca), которое расплодилось и повадилось залетать на поле, съедать все, что попадалось ему на пути. А попадались молодые зерна злаковых! Это насекомое в народе стали называть Кузьмой. А точнее не Кузьмой, а более пренебрежительно — Кузькой. Самка этого насекомого — кузькина мать — была пострашнее самого кузьки, ведь она порождала множество таких опасных вредителей.
Это одна версия. По другой версии, Кузьма — это домовой, страшный, ужасный. А его мать так еще страшнее. Увидишь ее и не рад будешь, что на свет родился.
Но лингвисты дают и другое объяснение. Кузькой в коми-зырянском и коми-пермяцком языках называли черта или лешего. И знакомство с его матерью не сулило ничего хорошего. Со временем выражение «показать кузькину мать» перешло из фольклора и прочно закрепилось в русском литературном языке. Сегодня оно означает угрозу наказанием, расправой.