Чаепитие у колдуньи

- Вот он, колдуньин домик! - Святослав вышел из лесной чащи на полянку, осмотрелся.

- Ох, недоброе это дело - колдовством да гаданиями промышлять, - Ивашка опасливо подошёл ближе, осенил себя крестным знамением. - Лучше уйти, пока беды не случилось.

- Много ли ты разумеешь. Дело тут важное, да мудрёное. Своими силами не справиться.

- А ить Иван-то прав, - Еремей подкрутил усы. - Приворожить, отворотить, хворь вылечить, погадать, - вот зачем к колдунье обращаются. А в твоём деле она не помощник. Не нужна тут ворожба. Век стоит Русь, не шатается, и века простоит не шелох... не шолох... не шелохнётся, - он всё-таки справился со сложным словом.

Святослав поднялся на крыльцо, постучал кулаком в дверь.

- Входите, гости незваные, - откликнулся изнутри певучий женский голос.

Вошли они в горницу. Колдунья у печи стояла, что-то в чугунке помешивала. "Зелье варит", - решил Иван и на всякий случай перекрестился. "От брешут-то бабы деревенские, - подумал Святослав. - Какая же она карга старая?". Колдунья, правда, не девка уже была, но и не старуха, в самом соку женщина. Коса толстая чёрная на плечо спускается. В ушах серёжки-жемчужинки, пальцы перстнями украшены.

- Здрава буде, - гости отвесили поясной поклон.

Колдунья поклонилась им, оглядела, чуть прищурившись, вытерла руки о передник.

- Сами-то вы кто? - спросила певуче, немного насмешливо. - И зачем ко мне пожаловали?

- Сын я боярский, - ответил Святослав. - Это брат мой меньший, Иван. А это дядька наш, Еремей Силович. Пришли мы к тебе совета просить да помощи.

- Ох, грехи мои тяжкие, - колдунья вздохнула. - Ну, садитесь, раз уж пришли. Чай пить будем.
Колдунья согнала чёрного кота с лавки, расстелила скатерть. Поставила на стол варенье, мёд. Гости сели на лавку.

- Брешешь ты, колдунья, - сказал Святослав. - Я знаю, что чай только вчера нашему царю посол китайский привёз, мне батюшка рассказывал. Откуда у тебя напиток заморский?

- Да я так, для красного словца, - пожала плечами колдунья. - Отвар это трав местных целебных. Сама их в лесу собирала. Пейте, не побрезгуйте.
Она налила им отвар и села напротив них.

- Ну, рассказывай, что за беда у тебя?

Святослав откашлялся.

- Велика наша земля, колдунья, а порядка в ней нет. И царь, и дума боярская день и ночь о судьбе народной пекутся, за Русь да за родной город душой болеют, а только жить от этого легче не становится. Да и... Колдунья? Колду-у-унья-а-а!

- Ох, да чего ж ты так кричишь? - колдунья, уже успевшая задремать, открыла глаза, нахмурилась. - Да, да, понимаю. Русь... Стольный град наш, дума боярская. А от меня-то ты чего хочешь?

- Совет мне твой нужен. Может, знаешь ты, как сделать, чтобы жить нам лучше стало? Подскажи. Или средство волшебное дай, чтобы царь стал лишь верные решения принимать, разумные да благие. Есть такое заклинание, али зелье?

- Ох... - колдунья встала, походила по горнице. - Сложную загадку ты мне загадал. Я ворожея лесная, нет у меня разумения, чтобы в дела государственные нос совать. А средство знаю. Тот, у кого эта вещь есть, завсегда лишь правильные поступки совершает.

Колдунья налила из чугунка густое варево в склянку, протянула её Святославу.

- Что это? - спросил он, принимая пузырёк.

- Совесть.

- Ты издеваться надо мной вздумала?!

- Помилуй, - колдунья улыбнулась, в её карих глазах заплясали озорные искорки. - Разве ж можно царю без совести? Ох, да не серчай ты. Я лишь хотела сказать, что не колдовством да заговором такие беды разрешаются. Мудрость человеческая нужна, бескорыстие.

- А мне-то что делать?

- Не лезть, куда не след. Вот место отцово займёшь, тогда будешь свой суд вершить. А покамест не вешай головы, не так плоха жизнь. Народ всё вынесет. Век стоит Русь, не шатается, и века простоит, не шелохнётся.
Еремей громко кашлянул. "А я что ему говорил? Ох, молодо-зелено".

- Идите, идите, - колдунья стала подталкивать гостей к выходу. - Я вас чаем напоила? Напоила. Совет дала? Дала. В путь добрый. Вот вам клубок путеводный, он дорогу укажет. Сюда-то, небось, долго шли?

- Долго.

- То-то. Это леший тропинки в узел связывал, деревьями путь преграждал. Не со зла он, просто потешается, играет, охальник. Ну, идите.

Гости поклонились и вышли из домика. Колдунья проводила их взглядом, взяла со стола склянку с варевом, вылила суп обратно в чугунок.

- Ох, Василий, - обращаясь к чёрному коту, - До чего же люд наш до колдовства охоч. Всё ему хочется быстро, да легко, да чтобы сами собой беды разрешились. Когда же мы думать научимся да дело делать?

- Никогда, хозяйка, - Василий выгнулся дугой, зевнул, широко раскрыв розовую пасть. - Ни-ког-да.