И все же самая привлекательная черта этого человека, (которому, как кажется со стороны, ну просто все дается легко – и спорт, и актерская игра, и телеведение, и депутатская работа и даже пение!) это его самоирония. Наш великий боксер будто смотрит на свои достижения с высоты собственного роста, отчего они кажутся ему маленькими и словно игрушечными. Зато требования к себе у него тоже под стать габаритам – оттого, чего бы он ни добился, все будет видиться ему недостаточным и не окончательным.
Во время съемок «Важной персоны» приключился забавный эпизод. У меня не было с собой паспорта, а в Госдуму без него не пропускают. И Валуев вынужден был сам спустится к проходной и оформить мне пропуск «на сопровождение», заметив, что теперь вынужден будет меня «пасти» пока я не покину здание. Я сказал, что у меня еще никогда не было столь эффектного телохранителя.
Короче, в чувстве юмора Николаю не откажешь.
Верить в принципы чести + честности, держать баланс здоровья и силы, эффектно парировать любые удары, знать, в чем ядро состоявшейся личности, стать героем времени. Это все о Николае Великом.
– Допустим, в России любой человек понимает, кто такой Валуев. А когда вот эти 213 сантиметров за границей где-то рассекают, за кого принимают вас обыватели?
– Они уже давно не рассекали. Поэтому я, наверное, забыл на самом деле, произвожу ли я впечатление.
– Ну, примите на веру: производите. Мы это не обсуждаем. Мне интересно, что они думают: баскетболист?
– Нет. Благодаря боксу и трансляциям практически мало, кто ошибается. Все-таки много показывали в свое время. Не раз приезжал уже после окончания боксерской карьеры в Европу, узнают именно как боксера.
Кстати, что интересно – бывает, с Кличко почему-то путают. Я удивляюсь. Но это в Германии. Как можно меня спутать с кем-либо из этих двух братьев?
– К слову, с Кличко интересная история. Для вас было неожиданностью, что его выбрали мэром Киева?
– После «майдана» уже никакой неожиданности не было.
– Для меня было, честно говоря, неожиданно то, что его выбрали. Знаете, в свое время Алла Пугачева говорила, что она, де, будет баллотироваться. Но выяснилось: одно дело – любовь публики, а другое дело – выбор электората. Однако для вас, как понимаю, не было удивительным фактом, что за Кличко проголосовали именно как за действующую политическую фигуру?
– Давайте будем объективны. Во-первых, не буду рассуждать, насколько именно «политическая фигура», но как фигура известная – Виталий для своей страны является, ну, практически национальным героем. Он принес ей немало «чемпионских поясов», и, в общем-то, сюда же плюсуются достижения его брата – это их общие достижения, так они воспринимаются. Поэтому вот этот багаж он активно использовал. Впрочем, есть большое «но». В основном все-таки, мне кажется, что мэрство в Киеве – это некая политическая плата за его участие в событиях на «майдане».
– Ну, это-то понятно. Но все равно ведь, вы говорите, «известная фигура»; сколько на Украине очень известных, ну, не знаю, скажем, рок-музыкантов. Разве есть шанс у кого-нибудь из них стать действующей персоной истэблишмента?
– Нет, наверное. Но, по крайней мере, в бизнесовой области, я бы так сказал, старший Кличко разбирается нормально. Дело в том, что построение боксерской империи «К-2» – это в принципе дело его рук, старшего брата.
Но это, конечно, извините, не исполнительная власть, и это не ЖКХ. Это совершенно другой формат. И вот здесь как раз играет роль его определенная известность.
И это был консенсус, ну, точнее, соглашение между Порошенко и Кличко – это однозначно. И нельзя забывать, что, если уж совсем глубоко копать, то на Украине столкнулись интересы европейские в лице, скорее всего, больше Германии, и американские. И получается, что вот этот, пускай не равномерный, неравный баланс, он и отражен во взаимоотношениях Порошенко и Кличко. Кличко представляет проевропейскую партию во всей этой истории.