Письмо Гюнтера Вольфа его жене от 24.7.1944
«Моя любовь Miafrau!
К сожалению, я снова довольно долго не получал от тебя вестей, и даже в это воскресенье не было почты от тебя. Поэтому я даже не знаю, уехала ли ты в Берлин или вернулась обратно.
Моя травма ноги тем временем значительно улучшилась, так что я снова могу ходить, только она еще не совсем зажила. Мой давний товарищ Киршенман, о котором я часто рассказывал вам, из-за смены командования покинул наше единство. В рамках нашей специальной деятельности будет использоваться в другом месте Франции (предположительно против террористов). Такова теперь наша солдатская жизнь.
Ничто не постоянно. Всегда есть неизбежная смена. И если это тот, с кем вы прожили вместе 3 года в довольно тесном общении, то такая разлука оставляет болезненный пробел. Тени уединенности будут долго мучить потом, пока новые лица и новые впечатления снова не станут определяющими в повседневной служебной рутине.
Впрочем, моя жизнь здесь пока идет своим обычным служебным ходом. Новость о нападении на Фюрера, конечно, поразила нас, как бомба. Вы можете относиться к нацизму как хотите – это дело личного внутреннего убеждения – но, когда народ концентрирует свои последние силы в критический момент главу государства, пытаются ликвидировать.
Это преступление против нации: настоящий удар в спину! Если бы им это удалось сделать, то это было бы настоящей катастрофой для всей нашей Германии.
Но я считаю, что мы, как немцы, должны быть благодарны провидению за то, что это убийство не увенчалось успехом. Я убежден, что мы не зря молчим, хотя пока еще и четырехмоторные мечутся над нашими городами, что мы не зря шаг за шагом раскрываем пространство, завоеванное драгоценными кровавыми жертвоприношениями на востоке.
У нас еще есть козыри! И мы будем отыгрываться с наибольшим эффектом! В этом можно быть совершенно уверенным. И, надеюсь, тогда они окончательно решат прекратить эту кровавую затянувшуюся игру в пользу счастливого и желанного мира! Я приложу к тебе газетную вырезку из парижской газеты о „маленькой " судьбе на краю фронта вторжения.
Франция политически и духовно раздираема и оттого вдвойне несчастна. Мы должны научиться в Германии, по крайней мере, до тех пор, пока наша нация напряжена в европейской жизненной борьбе, удерживаться от всякой внутренней противоположности.
Я встречалась в эти дни с 25летним Südfranzosen (как ни странно, блондин u голубоглазый), который воевал во французском Легионе на Востоке, а сейчас в Германии. Как теперь выглядит праздник для этого молодого француза, который борется с нами за свою страну и новую Европу? В своем родном городе Тулуза на юге Франции он не может провести свой отпуск из-за трудностей с транспортным движением - его жизнь там подвергается опасности со стороны террористов, потому что он носит „немецкую “форму.
Часть его родни, которая политически настроена иначе, не хочет о нем ничего знать. В Париже у него есть дядя, который владеет рестораном. Но дядя - голлист. Когда он видит его в немецкой форме, он бросает его и уходит ... Так сегодня выглядят два новых лица Франции.
Но теперь на сегодня всё. Я целую u обнимаю тебя и всех общих знакомых u родственников в надежде получить от вас хорошие новости
всегда твой Гюнтер»
оригинал письма