Найти в Дзене
Алина Петрова

Мне было шестнадцать. Шестнадцать - возраст для первого поцелуя и первой любви. Возраст, когда первый раз пары и первый раз зачё

Мне было шестнадцать. Шестнадцать - возраст для первого поцелуя и первой любви. Возраст, когда первый раз пары и первый раз зачёты. Но у моей жизни были другие планы. Так и началась моя невероятная история. История, которая тянется до сих пор и не собирается заканчиваться. Всё началось тогда, в проклятые шестнадцать лет. Я узнала, что у брата рак. Рак , который нельзя излечить. В моем детском сознания не было таких страшных слов и , тем более, я не понимала почему "нельзя излечить"? Как можно не излечить рак у молодого парня? Как может умереть кто-то такой близкий и родной? И ещё множество вопросов рисовала моя и без того больная голова. Это невыносимо, больно, неприятно. Злость тебя разрывает изнутри , рвёт всё на части от несправедливости. Но ещё больше больно было врать в глаза и не говорить правду ему. Говорить, что всё в порядке , улыбаться , обнимать и стараться наверстать всё то, что было упущено. Рассказать все свои секреты, все мысли, всё то, что упустила когда-то. А

Мне было шестнадцать. Шестнадцать - возраст для первого поцелуя и первой любви. Возраст, когда первый раз пары и первый раз зачёты.

Но у моей жизни были другие планы. Так и началась моя невероятная история. История, которая тянется до сих пор и не собирается заканчиваться.

Всё началось тогда, в проклятые шестнадцать лет. Я узнала, что у брата рак. Рак , который нельзя излечить.

В моем детском сознания не было таких страшных слов и , тем более, я не понимала почему "нельзя излечить"? Как можно не излечить рак у молодого парня? Как может умереть кто-то такой близкий и родной? И ещё множество вопросов рисовала моя и без того больная голова.

Это невыносимо, больно, неприятно. Злость тебя разрывает изнутри , рвёт всё на части от несправедливости. Но ещё больше больно было врать в глаза и не говорить правду ему. Говорить, что всё в порядке , улыбаться , обнимать и стараться наверстать всё то, что было упущено. Рассказать все свои секреты, все мысли, всё то, что упустила когда-то. А в голове повторять - времени мало..

А потом кома, отёк мозга и вот он уже не двигается.. Но , чёрт, всё понимает! Отказало тело , но не мозг. Его глаза печальные..стараются успокоить. Его руки стараются обнять.. Плакать нельзя.. нет , нельзя. Ему будет больнее. Улыбаться и молчать. Улыбаться и быть рядом. Читать стихи наизусть и строить планы..которые никогда уже не сбудутся..

А потом прощание, то прощание, которое нельзя описать словами. Больно..очень больно. Смотреть в угасающие глаза и понимать, что до утра они окончательно опустеют. Держать руки и уже не скрывать слёз. Плакать так, что б неприятно стало дышать...

Знаете , это как в мороз. Сначала очень холодно, а потом ты перестаешь чувствовать руки. Так же и я , сначала много плакала, а потом , на сороковой день, перестала чувствовать.

И в зеркале я видела уже другого человека. Я не знала эту девчонку, не понимала - откуда у неё столько силы. Не понимала, почему привычные вещи , кажутся иными.

Я стала другой, но обещала.. себе обещала не сдаться. И маме обещала и папе обещала. Только помню вкус солёных слез по ночам. Неприятный вкус дыма на губах и взгляд.. Господи, какой же странный взгляд...