Какие судебные споры самые тяжелые? Многолетние корпоративные споры со множеством лиц или споры о собственности с документами времен царя Гороха, добросовестными приобретателями и т.д.? На это у меня свой ответ. Самыми тяжелыми для меня были споры между родственниками. С правовой стороны там чаще всего все ясно. Но тут даже не судебный спор, это настоящая война между людьми, которые когда-то были близки друг другу. Тут нет запрещенных приемов. И ты как представитель оказываешься втянут в круговорот настоящих страстей.
Жили-были дедушка с бабушкой. Жили вместе 12 лет. У обоих были дети от предыдущих браков, дети взрослые, у них давно своя жизнь. А дедушка с бабушкой поддерживали друг друга как могли, доживали свой век. Не все вечно, похоронила бабушка своего деда, и тут началось. После деда осталась однокомнатная квартира, в которой они и жили собственно. Со слов моей клиентки, этой самой бабушки, супруг хотел переписать квартиру на нее. Да как тут угадаешь, кого та с косой приберет первым. Но завещание он оставил, в котором недвусмысленно выразил свою волю: все имущество завещал дражайшей супруге. Тут появляются вполне себе дееспособные и упитанные дети наследодателя: сын и дочь. Оба не живут на улице, у каждого неплохая жилплощадь. Но тут-то целая квартира, пусть и однушка, но на рынке цену свою имеет. Бабушке идти, собственно, некуда, свой сын, конечно, есть, но у него семья, дети, он зовет, да она привыкла к стенам. Старые люди часто привязаны к своим вещам, месту.
В общем я стал представлять интересы ответчицы по иску о признании завещания недействительным. Оспаривалась односторонняя сделка. Основание – в момент подписания наследодатель не отдавал отчет своим действиям. По версии истцов наследодатель под конец жизни испытывал серьезные проблемы с рассудком. Если иск удовлетворяют, имущество наследуется по закону и тогда в долях, бабушке останется – 1/3 квартиры. По делу проводили посмертные экспертизы, выводы были неопределенные, тогда в ход шли свидетели, подробности жизни, тщательно перебиралось и исследовалось все, что, по мнению несостоявшихся наследников, характеризовало корыстную сущность моей доверительницы. Я, тогда молодой юрист, многое узнал о том, какими могут быть с виду вполне себе нормальные люди, когда на горизонте маячит однушка. Прямо по Булгакову, люди хорошие, но испортил их квартирный вопрос.
Поведение моих процессуальных противников в итоге сработало против них. Судья не мог не составить свое мнение о них. С учетом неоднозначности доказательств, роль субъективной оценки их сильно возрастает.
Все закончилось хорошо. Дело мы выиграли. Но с тех пор я десять раз подумаю, влезать ли в подобные споры.
Берегите себя и своих близких.