Нынешняя молодежь не поймет. В те года, в 80 - е, были письма. Разговор по телефону - большая редкость. Отпуск - вообще из области фантастики.
Письма - это единственная связь с родными. Солдат ждал писем с тоской о родных и о своей малой Родине. А тоска подкреплялась сидящей в голове мыслью, что ты можешь никогда и не увидеть своих любимых людей.
Письма шли довольно долго сами по себе. Срок увеличивался еще тем, что во время проведения боевых операций письма не получали, они копились в Союзе. Но зато потом получали их пачками. Было приятно получать письма, настроение улучшалось и было радостно на душе.
Особенно солдату нужны были письма в первое время службы. Чтобы их было больше, молодой солдат писал всем: родственникам, друзьям, знакомым. Но это в первое время. Потом, к концу службы, как правило, писал только родителям, ну еще девушке, если есть и ждет.
Приходили также посылки. Это было, своего рода, развлечением. Посылка устанавливалась где-то на полу или на земле и по команде вся толпа набрасывалась на ящик и он раздирался. Хозяин забирал только личные вещи. А что было в посылках? Конечно, вкусности всякие, конфеты, печенья... в-общем сладости. А их так в Армии не хватало. Так поступали со всеми посылками. И никто не обижался, так было у нас принято.
Ну, а что писали солдаты в письмах с Афганистана? Конечно, почти ничего. "Жив-здоров, служба проходит нормально, скучаю по вам!" Вот и весь смысл писем. Потому как писать больше было не о чем. Не будешь же описывать матери войну. Тем более у многих из нас родители не знали о специфике нашей службы и где мы бываем. Ведь наш адрес был город Термез, в/ч 2099. Родители были спокойны, это был Союз, не Афганистан. Правда мой отец сказал, что догадывался о тайной стороне моей службы. Сказал, что на душе было не спокойно. До одного момента. Когда я получил ранение в правую руку, то около месяца вообще не писал писем. Потом написал, но левой рукой, корявым почерком. Написал, что серьезно порезал руку в столовой при разделке мяса, рука, мол забинтована, писать ею не могу. Отец все понял. Вот после того письма, сказал отец, его отпустило и на душе у него стало спокойно. Я понял, сказал он, что больше ничего плохого не случится. Так и произошло. Со мной далее было все хорошо, хотя в Афганистане я был и после ранения.
Но были и другие люди. Вернее у нас был один. Человечек этот постоянно "косил" от участия в боевых операциях под разными предлогами. Чаще он находился в санчасти погранотряда. Как-то раз ребята обнаружили у него письмо, смысл которого сводился к следующему: "Здравствуй, мама! Пишу на сапоге убитого друга..." Я, конечно, утрирую, но писал он там о боевых своих подвигах в Афганистане своему другу. После этого мы хотели с ним серьезно поговорить на эту тему, но он куда-то исчез. Оказалось, про это прознали наши командиры и куда-то "экстренно" его перевели. Больше мы его не видели. Ну и хорошо, что так закончилось.
Для писем солдатам выдавали конверты. Простые конверты без марок.
Солдатские письма шли бесплатно, государство об этом заботилось. Вот сейчас пишу и захотелось получить от кого-нибудь письмо. Ностальгия, однако.