В 1911 году то, о чем долго говорили большевики почти свершилось, по городам Великобритании прокаталась война забастовок. В июле 1991 года остановился весь транспорт, всеобщая забастовка транспортников от железных дорого до водителей трамваем парализовала страну. Сотни тысяч демонстрантов вышли на улицы городов. Забастовка ачалась 14 июня, когда "Национальный союз моряков и пожарных" объявил общенациональную забастовку моряков торгового флота. Акция солидарности в поддержку моряков привела к тому, что на забастовки вышли и рабочие. Под председательством Тома Манна был сформирован забастовочный комитет, чтобы представлять всех работников в споре. Забастовки железнодорожных рабочих стали распространяться по всей стране, и в знак их поддержки в Ливерпуле была обьявлена массовая демонстрация, проходившая 13 августа в Сент-Жорж Холл.
Около ста тысяч человек пришло послушать выступления рабочих и руководителей профсоюзов, в том числе Тома Манна. Около четырех часов вечера демонстранты подверглись нападению полиции. Борьба перешла на улицы, рабочие занимали верхние этажи зданий и забрасывали полицию камнями и бутылками с горючей смесью. В результате побоища, ставшего известным как Кровавое Воскресенье, пострадали десятки людей с обеих сторон. Столкновения, происходившие по всему городу, продолжались несколько дней, достигнув пика, когда группа рабочих напала на тюремный фургон, перевозивший арестованных забастовщиков. Двое рабочих были убиты войсками во время последовавшей борьбы, извозчик и докер. Всеобщая забастовка работников транспорта в Ливерпуле была организована в ночь на 14 августа, на следующий день городская жизнь полностью остановилась. Правительство ввело в Ливерпуль более 7000 военных. В течении недели забастовка была подавлена, но стала несмываемым пятном на репутации Уинстона Черчиля, который и санкционировал ввод войск.
Военные быстро сообразили, что им нужен не просто транспорт, а транспорт защищенный от невооруженного противника, которым как раз и являлись рабочие. В итоге в казармах был создан деревянный эрзац-броневик на шасси грузовика Hallford.
Основной задачей броневика была перевозка "десанта", который придавался, как транспортным колоннам, так и для сопровождения войсковых колонн и например конвоев с продуктами питания.
Корпус грузового автомобиля обшивался примерно 5-см досками в районе кабины и брусом в районе кузова. Сверху и сзади машина была открыта. Соответственно 30-ть перевозимых "десантников" могли быстро покинуть машины и приступить к зачистке. Машина служила для перевозки именно полицейских, которые обеспечивали на первом уровне отсутствие инцидентов с применением огнестрельного оружия.
Применяемая забастовщика практика забрасывания полиции и военных "коктейлями Молотова" и камнями привела к быстрой модернизации машины, на нее сверху добавили крышу из проволочной сетки, которая не создавала проблем для экипажа, но по ней скатывались забрасываемые бутылки и камни.
Полиция быстро оценила преимущества "деревянного MRAP" и активно использовала его в разгоне, иногда просто появление бронетранспортера приводило, к тому, что бы демонстранты разбегались. Уже после окончания забастовок полицейские с удовольствием фотографировались на фоне своей боевой машины.
После подавления забастовки правительство Великобритании поняло, что проблемы рабочих надо решать раньше, чем рабочие сами решат проблемы правительства. С военной точки зрения явно обозначился вопрос мобильности пехоты и необходимости ее быстрой переброски на большие расстояния. В ходе подавления беспорядков военные перебрасывались на всем, что попадало под руку, например на двухэтажных автобусах или как десант прямо на грузовиках, перевозивших грузы. Но нет пророка в своем отечестве, пехота еще долго оставалась на своих двоих.
Вопрос о специальных машинах для перевозки пехоты в условиях войны начал решаться только к началу Второй мировой, а пока все было просто, что словил, на том и ехали. До Марнского таки оставалось еще 3 года.