После захвата Берлина советскими войсками, в плен, в числе прочих, попали адъютант Гитлера Отто Гюнше и личный камердинер Ганс Линге. Из СССР они вернулись лишь спустя десять лет. Но перед тем, как отпустить Линге и Гюнше, чекисты три года допрашивали их. Сталин хотел не только убедиться в том, что его главный враг мертв, но и требовал подробности о его повседневной жизни.
Сотрудники НКВД подошли к делу основательно, и в декабре 1949 года Сталин получил толстую папку с подробностями жизни немецкого фюрера. В 1959 году Никита Хрущев велел ее переплести и поместить книгу в 413 страниц в архив КПСС под инвентарным номером 462а. Эту книгу и нашли в архиве Института истории в Москве немецкие историки Матиас Уль и Генрих Эберле. Недавно она вышла в Германии под названием «Книга о Гитлере».
О последних днях жизни вождя Третьего рейха известно много, но информация, полученная от людей, которые в течение десяти лет ежедневно встречались с ним, известна далеко не каждому, и перед историками открылись неожиданные подробности характера фюрера.
Гитлер, по словам адъютанта и камердинера, обладал странным чувством юмора. Однажды он, к примеру, пошутил по поводу губной помады Евы Браун, сказав, что во время войны помаду делают из трупов солдат. Когда Гиммлер рассказал Гитлеру о том, что тщеславный Геринг прикалывает медали и ордена к пижаме, прежде чем лечь спать, фюрер долго смеялся. Затем он приказал сделать из золотой и серебряной фольги муляжи медалей и вручить их Герингу. Своему личному фотографу Генриху Гофману, как-то явившемуся сильно пьяным, Адольф Гитлер на полном серьезе посоветовал не подходить близко к огню, чтобы не загореться.
Несмотря на несомненное ораторское искусство, разговаривать с фюрером в привычной обстановке было довольно скучно. За столом его красноречие ограничивалось обычно похвалами нарядов присутствовавших дам и сочувствием по поводу того, как непросто им делать прически и следить за ногтями.
Однако далеко не всегда фюрер был таким добрым и безобидным. Так он устроил страшный разнос Мартину Борману, когда тот сообщил, что не может найти для Бергхофа — горной резиденции немецкого вождя — десять дополнительных служанок. «Как, — бесновался Адольф Гитлер с пеной на губах, — я отправляю одним росчерком пера целые дивизии на смерть, но не могу найти каких-то десять потаскушек для Бергхофа!».
Досталось Борману и после того, как Гитлер узнал, что рейхсляйтер притворяется вегетарианцем только в Бергхофе, а дома съедает килограммы колбасок и сарделек.
Линге и Гюнше утверждали, что Ева Браун играла более заметную роль в жизни Гитлера и Третьего рейха, чем считалось ранее. Еще перед войной, узнав, что Еву кто-то обозвал «шлюхой Гитлера», фюрер приказал удвоить охрану ее виллы под Мюнхеном. Браун часто сопровождала Гитлера. Они часами беседовали в кабинете с шампанским в ведерке со льдом, шоколадом, фруктами и коньяком. При звуках ее голоса у него повышалось настроение.
Спал фюрер на простой кровати, перед которой стояли тапочки. Укрывался он, в отличие от Евы Браун, которая спала под толстым одеялом из гагачьего пуха, тонким солдатским одеялом.
Гитлер был неравнодушен к дорогим чемоданам. С его багажом, в основном из кожи крокодила, не стыдно было показаться в самом дорогом отеле. Чемоданами были забиты просторные гардеробы во всех его резиденциях.
Тем не менее, на настоящие человеческие отношения Адольф Гитлер был неспособен. Больше всего он любил овчарку Блонди. Когда собака болела, он составлял для нее специальную диету и требовал бюллетени о состоянии ее здоровья каждый час.
К концу войны Гитлер превратился в совсем больного человека и окончательно потерял контроль над событиями. Постоянные волнения заставляли его до крови расчесывать шею и уши. Он требовал каждый день анализировать на предмет присутствия ядов воду не только для варки яиц, но и в… унитазе.