Кажется, что бесконечное море тайги. Всё вокруг, на четыре стороны света Парма, Парма. Снежные вершины елей поднимаются на крутом правом берегу, пересекающих уральскую тайгу рек, обрываются в реку и текут вершинами волнами от низкого левого берега к горизонту. Можно быть совершенно рациональным современным человеком, но от этой картины, что-то атавистическое пробуждается в груди, какие-то смутные образы и восторг и страх от этого бесконечного леса.
Вот, вот выйдут, как у Алексея Иванова, из стены заснеженных елей боевые лоси с вогульскими всадниками. Просто, физически ощущаешь какую-то непонятную силу, срытую под снежным островерхим покрывалом. Не злую или добрую, а другую непонятную. Эта сила перестала бороться и созерцает нас – маленьких человечков, уничтожающих этот мир, живущий по великим законам мироздания.
Наши корни чаще не отсюда. Те - кто жил в этих лесах растворились в, пришедшем из разных краев земли русской, народе и потеряли свою связь с миром Пармы или эта связь затаилась в них до времени. Парма была строгой матерью для лесных жителей: скупо, на современный взгляд, кормила и одевала, хотя по понятиям вогулов, манси, коми, населявших эти леса, была щедра. Они жили в симбиозе с миром тайги и брали от него только то, что надо было для жизни. Кто они, эти малочисленные жители тайги? Какой-то пришедший народ, заселивший, почему-то обезлюдевшие пространства или это последние дети реликтовых великих народов и государств, существовавших здесь, но затерявшихся в книге времён.
Если судить по украшениям «Пермского звериного стиля»- это была великая культура. А количество, найденного в этих местах, «Сасанидского серебра», оно со времён Ивана IV и до Екатерины II вывозилось десятками пудов, говорит нам, что здесь было сильное и богатое государство.
Даже не верится, что большая часть этой тайги была вырублена в 40 е годы ХХ века. Пленные немцы, ссыльные из всех краёв СССР, заключённые и местные жители под лозунгом: «Всё для фронта, всё для Победы!» валили и сплавляли лес, гнали для нужд фронта деготь и скипидар, пережигали на древесный уголь. И эта тяжёлая, для многих подневольных и добровольцев, смертельная работа, тоже полновесная капля в полной чаше Победы. По-беды, то есть после беды. Праздник после беды. Но в то время, сразу, после и даже во время Великой войны лес активно восстанавливали и восстановили. Конечно, смыслы, понятия ещё были правильные: взял - отдай. Руководители верхнего уровня были другими, думали вперед, в будущее. Сейчас не так. Смотришь с Камня(крутой скалистый берег), кажется, тайга без края, а с самолета страшная картина. Начиная с 90-х годов, хищники свели леса больше, чем за 200 предыдущих лет. Сначала, гнали эшелонами за «бугор», после 2000-х лукойлы, еврохимы рубили под производственные площадки, карьеры, трассы и продолжают дорубать. Наше правительство щедро к «большим» и «толстым».
Джунгли за период 3-5 лет полностью скрывают целый город. Наша парма зачищает следы жизнедеятельности самой маленькой части биосферы земли – человечества(3%) десятки лет, если ей дать это время. Но ведь бухгалтера в швейцарских офисах промышленных монстров считают не время жизни людей, леса, а «бабло» они не дадут остановиться лесорубам.
Получается, как спел Юра Шевчук: «..все русалки и феи будут молиться за нас, когда мы выпьем всю нефть, когда мы полностью выкурим газ».ото Вера Чухланцева.
