Збигнев Бжезинский - автор фразы заголовка моей статьи, советник президента США по национальной безопасности, автор известной книги «Великая шахматная доска: главенство Америки и её геостратегические императивы», которая стала наиболее известной из его работ и в которой он рассматривал необходимость геополитического реванша в отношении России. Он называет Россию «чёрная дыра», имея в виду, невозможность политической элиты девяностых годов XX века сопротивляться и вести суверенную политику. Говоря о будущем разделении сил, считал Украину — последним оплотом Российской империи, и только окончательное отрешение Украины от РФ и установление в ней прозападной политической элиты, позволит США сохранить и упрочить состояние единственной «мировой» империи. Что - то из его планов или пророчеств сбылось, что-то осталось невыполненным (и слава Богу!).
На политической арене Бжезинский выступал предельно опасным оппонентом из-за своего неординарного интеллекта. Он не только обладал редчайшим врожденным чутьем аналитика - разглядеть среди тысяч мелочей критически слабое место противника, но и способностями организатора и практика, активно воздействующего на него вплоть до поражения. Когда журналист из французского журнала «Нувель обсерватор» спросил его: не сожалеет ли он о том, что так много погибло афганцев во время афганской войны? Он ответил: - «О чём я должен сожалеть? Эта тайная операция [поддержка исламских фундаменталистов в Афганистане] была замечательной идеей. В результате русские попались в афганскую ловушку, а вы хотите, чтоб я об этом сожалел? В тот день, когда Советы официально перешли границу, я написал президенту Картеру: „У нас сейчас есть возможность дать СССР свою войну во Вьетнаме“. Действительно, Москва почти 10 лет должна была вести войну, которая была неприемлема для режима, конфликт, который привёл к деморализации и, наконец, распаду Советской империи. Что важнее для мировой истории? Талибан или крах Советской империи?».
Дальше он добавил:
«Что важнее для мира: один-два мусульманских фанатика или выдавливание СССР из центральной Европы, прекращение существования СССР и окончание холодной войны?».
Збигнев Бжезинский родился в 1928 году в высокопоставленной польской семье. Родовое владение этой семьи находится в нескольких десятков километров от Аушвица, он же Освенцим. Жил в Канаде с 1938 года, после того, как его отец был направлен туда в качестве генерального консула Польши. В 1949 году заканчивает Университет Макгилла в Монреале (провинция Квебек, Канада) и получает степень бакалавра, а в 1950 году степень магистра искусств. В 1950 году получил гражданство США. В 1953 году получает степень доктора философии по политологии в Гарвардском университете. Его диссертация была на тему "Формирование тоталитарной системы в СССР". в 1953—1960 гг. преподавал в Гарварде, а в 1960—1989 гг. — в Колумбийском университете, где возглавил новый Институт по вопросам коммунизма. В 1966—1968 гг. — член совета планирования Государственного департамента. Первым предложил объяснять всё происходящее в социалистических странах с позиций концепции тоталитаризма. Был автором стратегии антикоммунизма и концепции американской гегемонии.
Что касается концепции тоталитаризма: в середине 50-х годов Бжезинский вместе с Карлом Фридрихом делает очень важный ход в концептуальном оформлении холодной войны. Он отождествляет советский строй, сталинизм, с нацизмом, с гитлеризмом, и все это подает под шапкой тоталитаризма. Это был серьезный отход от принятой на Западе трактовки тоталитаризма. Еще в 39-м году замечательный американский исследователь профессор Хейз в своей знаменитой лекции объяснил, что тоталитаризм – это феномен рыночной экономики, феномен буржуазной цивилизации, и за ее пределами он не работает. Поэтому к феномену тоталитаризма Хейз отнес только Италию Муссолини и Третий рейх Гитлера, но ни в коем случае не сталинский Советский Союз, который, по его мнению, представлял нечто иное, чем тоталитаризм. Бжезинский делает тот ход (он был первопроходцем в этом отношении вместе с Карлом Фридрихом), который подхватили потом рыцари холодной войны. Потом этот ход подхватили наши шестидесятники. Потом его подхватила перестроечная шпана, а затем в постперестроечный, постсоветский период этим якобы научным сравнением сталинизма и гитлеризма и их объединением под шапкой тоталитаризма стали грешить и наши либеральные исследователи. Это был такой его первый концептуальный ход.
“Выбор. Стратегический взгляд” Бжезинского
В 2003-м году Бжезинский пишет новую книгу «Выбор» и эта книга очень интересна. Она показывает, чего больше всего боится американский истеблишмент в лице Бжезинского. Очень интересную вещь Бжезинский заявляет в этой книге сразу же.
«Американское общество стимулирует развитие таких глобальных социальных тенденций, которые подвергают эрозии традиционный государственный интерес».
Он говорит об этом с плюсом. Забегая вперед отмечу, что в последней книге, которая вышла в 2012 г., он будет говорить об этой тенденции с минусом, потому что она касается самих Соединенных Штатов.
Далее в работе «Выбор» он очень откровенно говорит о том, какое значение имеет разрушение Советского Союза и слабая Россия для Запада. Он пишет:
«Сделанный Россией выбор предоставил Западу стратегический шанс, он создал предпосылки для прогрессирующей геополитической экспансии западного сообщества все дальше и дальше вглубь Евразии. Расширение уз между Западом и Россией открыло для проникновения Запада и, в первую очередь, Америки, в некогда заповедную зону российского ближнего зарубежья».
Вот это очень важный момент. Он фиксирует важные изменения, которые произошли в конце ХХ века. Если отбросить социально-экономическую тематику и остановиться на уровне геополитики, то действительно, разрушение Советского Союза впервые создало возможность для англосаксов проникнуть туда, в ту зону, о которой в течение, скажем, периода после 1929–30-х годов они и мечтать не могли проникнуть.
Американцев в течение ХХ века геополитической целостности Советский Союз не допускал в Евразию. Теперь мы знаем: американцы в Евразии, более того, они в подбрюшье России – в Центральной Азии. Интересную вещь в работе «Выбор» Бжезинский рассказывает нам о том, какая элита нужна России (автоматически это значит – какая элита не нужна нам). Он пишет о российской элите 90-х годов:
«Эта элита все более явно демонстрирует понимание своих собственных интересов, дух товарищества и самосознания. И в фокусе ее интересов находится Америка».
Прямым текстом говорится: миром будет управлять элита, оторванная от своих стран, с психологией и ценностями, которые отражают американскую реальность. По сути дела, речь идет об управленческих слоях-отрядах, которые скроены по американскому образцу. Сегодня мы тоже можем наблюдать таких политиков, которые "переживают" за наше демократическое развитие находясь в Европе или США, ну или как минимум получая зарубежные гранты.
Чего больше всего боялся Бжезинский в работе «Выбор»? Возрождения России. Он откровенно пишет об этом. Что возрождение России – это то, чего нужно избежать любым способом. В этом отношении Бжезинский не оригинален. В свое время в 1995-м году Клинтон, выступая перед американскими военными, очень гордо сказал:
«Мы (Соединенные Штаты) позволим России быть, но мы не позволим ей быть великой державой».
В этом отношении Бжезинский выражает интересы и волю истеблишмента
Американская “культура” и “демократия”
Второй страх Бжезинского – это всемирная мобилизация масс против США на основе триады: антиглобализм, марксистский эгалитаризм и христианский гуманизм. Очень интересно, что Бжезинский в один ряд, как антиамериканские силы, поместил антиглобализм, христианский гуманизм и марксизм. Вот это очень интересная оговорка по Фрейду. Здесь толковый представитель правящего слоя Америки очень четко фиксирует опасность, и он же предлагает средства блокирования этой опасности. Первое средство – это насаждение демократии по-американски. Он посвящает этой теме довольно большую часть своей книги «Выбор», написанной в 2003 году и у нас переведенной в 2004-м, а второе – это американская культура.
Бжезинский очень четко фиксирует, что массовая культура, культура массового потребления– она сработала в холодной войне и ей Бжезинский уделяет большое место как фактору дальнейшего распространения американского лидерства в мире.
Очень важное смещение акцентов в книге «Выбор»: Бжезинский говорит уже не столько об американском господстве, о котором он говорил еще в 1997-м году, он говорит об американском лидерстве, он говорит о том, что господство должно быть заменено лидерством, то есть это иная форма верховенства в мире. Иными словами, Бжезинский понимает, что в начале ХХI века у Америки может не хватить силенок на выполнение тех функций, которые они выполняли раньше. Эту идею он усиливает в следующей своей работе – это работа 2007 года «Второй шанс», это жесткая критика неоконов. «Второй шанс, третьего не будет», – говорит Бжезинский. Он действительно очень обеспокоен курсом, таким брутальным курсом Буша-младшего, и полагает, что он не приносит результатов.
США и участь Советского союза
Наконец, в 2012-м году появляется новая работа Бжезинского «Стратегическое видение», в котором он, по сути дела, отказывается от очень многих прежних своих взглядов. В этой работе две лини. Первая – это характеристика того, что представляют собой Соединенные Штаты на данный момент, а второе – что нужно сделать, чтобы Соединенные Штаты не постигла судьба Советского Союза. В работе Бжезинский прямо говорит, что Соединенные Штаты сегодня 2010–2012-й года очень напоминают Союз, Советский Союз в 1980-е годы, и он выделяет пять пунктов сходства. Пункты эти следующие:
1. Застывшая, закостеневшая и неспособная к реформам политическая система.
2. Финансовое банкротство вследствие военных авантюр и раздутого военного бюджета и военной промышленности.
3. Падающий уровень жизни населения США. Нам наши СМИ рассказывают, как в Америке хорошо, а вот Бжезинский пишет, что падает уровень жизни населения США.
4. Наличие политического класса, который не чувствителен к растущему социальному неравенству и который думает только о собственном обогащении. Ничего не напоминает? Мне напоминает.
5. Попытки компенсировать снижающуюся легитимность власти внутри США внешнеполитическим картинками врага.
6. Внешняя политика США, ведущая к самоизоляции в мире.
Дальше Бжезинский пишет о том, что, если эти тенденции сохранятся, то Америка не только не сохранит лидерство до 2027-го года, а есть шанс, что ее постигнет очень серьезная социальная катастрофа. Он откровенно говорит о том, что если в 1997-м году он полагал, что США сохранят господство или лидерство, по крайней мере, до 2027-го года на 30 лет (жизнь одного поколения), то теперь он полагает, что утрата лидерства произойдет уже в этом десятилетии.
Вопрос – что делать, чтобы Соединенные Штаты не утратили лидерства? Ответ очень неожидан. Он говорит о том, что Соединенным Штатам нужен союз с Турцией и Россией, причем Россия здесь играет, естественно, центральную роль, а дальше он говорит, что дальнейшая судьба Запада (но его интересует, прежде всего, судьба Америки), зависит от того, насколько Запад сумеет интегрировать Россию в свою систему. Иначе, пишет он, (и это лишний раз говорит о том, что заботят его Соединенные Штаты, Америка), Америка может раствориться в международной транснациональной сети, среди вот этих многочисленных сетевых структур, и перестать как-то направлять исторический процесс. Если в работе «Выбор» он говорил о том, как хорошо, что Америка работает на то, что истончается государственный суверенитет других стран, то теперь, когда Америка столкнулась с такой же проблемой, он говорит, что это плохо.
Заключение
Мастер геополитики ушел из жизни на 89-м году жизни 26 мая 2017 г. в госпитале горда Фолс-Черч. Очевидно, что в мире не было более компетентного человека в этой сфере, чем он, исполнительный директор Трехсторонней комиссии, или, как ее называют, «мирового правительства». Очевидно, что в России одни сказали: «Умер враг». На что другие ответили, что не все так однозначно. Для него, постигшего многие тонкости внешней политики, мир действительно был прогнозируемым, как для гроссмейстера шахматная доска. Книга Збигнева Бжезинского с подобным названием и на сегодняшний день является азбукой геополитики. Отзывы о нем из России, конечно же, отличаются от западных. Большинство из них короткие и злорадные. Ведь Збигнева Бжезинского политические обозреватели не зря называли «лучшим врагом СССР». «Почему лучшим?» - спросите вы. Имеется в виду известная восточная идиома, согласно которой умный враг ценнее друга-дурака. Более того, думающие россияне старшего поколения соглашаются с тем, что будь в советском Политбюро 70-х аналитик подобного уровня, то результат холодной войны вполне мог бы быть другим. Это был достойный соперник из уходящего поколения думающих советников.