Где-то в полумраке моего сознания есть комната-музей им. П. Кашина. Там все по сновиденчески лучисто, картинно и возвышенно. Этот музей возник во мне лет 20 назад, с первых услышанных песен Паши Кашина: "По небесным грядкам", "Птичка", "Ручеек", "Ветер", "На берегу" и особенно "Я буду молиться за тебя". Это было что-то вроде озарения. Я явственно ощутил тогда, что тот щупленький кудряво-волосатый паренек с жеманным фальцетом - родной. Что это панк-рок в широком смысле. Как Высоцкий, Гоголь и Артюр Рембо. С тех пор жизнерадостно рыдающий Пьеро, он, прочно поселился в этом музее.
Пожалуй, это был самый эйфорический период моего ювенильного бытия. Помню, слушали Кашина настолько постоянно, что старшая дочь-младенец, когда мы ехали в полной маршрутке (N7 по Морскому), вдруг услышав фм-радио, возгласила на весь салон: этожэпашакашин! Все покатились со смеху.
А Кашин рубился дальше, переходя все мыслимые и немыслимые рубиконы. Жег все круче и круче: "Феникс", "Эйфория", "Мутабор", "Танец на