Толпа, выстроившаяся вдоль тротуара, хорошо удерживалась в руках полиции. Владелец магазина сказал, что любой, кто попытается прорваться через линию, будет арестован сразу, и знание этого правила, несомненно, служит сохранению порядка в существенной степени. С российскими полицейскими не стоит шутить.
Маршрут, которым должен следовать император при выезде, неизвестен в последнее время из страха перед заговорами против своей жизни. Эта мера предосторожности является очень правильной, но она требует большой силы полиции, чтобы охранять все проспекты и улицы, по которым он может пройти.
Полицейским приказывают подготовить три-четыре маршрута, только один из которых будет пройден, и направление не дается начальнику конвоя, пока император не сядет в карету. Иногда ни один из охраняемых маршрутов не используется, и император наслаждается поездкой только со своим конвоем для его защиты. Говорят, что царь не желает соблюдать все эти меры предосторожности, но руководствуется пожеланиями Императорского Совета и членов его семьи.
Наши друзья поблагодарили владельца магазина за его вежливость и информацию, и, когда толпа растаяла, продолжили прогулку. Фрэнк заметил, что полиция не отступает, и это обстоятельство заставило его предположить, что император намеревался вернуться тем же путем.
"Конечно, это вполне возможно, - сказал доктор в ответ на предложение Фрэнка, - но это не стоит того, чтобы мы продолжали надеяться на то, что он это сделает. Скорее всего, он вернется во дворец по другой дороге, и даже если он проедет через Невский, мы увидим не больше, чем мы уже видели. Кроме того, мы можем вызвать подозрения у полиции, если останемся на этом месте надолго, и подозрения, какими бы необоснованными они ни были, нежелательны.
Когда Император выезжает, полиция издает приказ арестовать каждого, чье поведение в наименьшей степени сомнительно, и поэтому нам лучше продолжить свой путь".
Они согласились со словами Доктора и не стали оставаться на Невском. Очень скоро они встретились с другим кортежем, который, как выяснилось, сопровождал министра внутренних дел.
Им было любопытно увидеть его лицо, но они были разочарованы, так как он был близко окружен своими офицерами и людьми. Доктор Бронсон отметил, что министр внутренних дел был самым могущественным человеком в России, после императора.
"Как это?" - спросил Фред. "Я думал, что самым могущественным человеком после императора был главнокомандующий войсками."
"Есть разница, - ответил Доктор, - начальник полиции - единственный человек в России, имеющий право входить к Императору в любое время дня и ночи. Это не под силу даже главнокомандующему армией или Великому адмиралу военно-морского флота.
Министры обороны, военно-морского флота и иностранных дел имеют право ежедневно встречаться с императором, а министры образования, железных дорог, связи, финансов и других внутренних дел могут видеть его только один-два раза в неделю. Но в любое время суток министр полиции может послать свое имя и сразу же следовать за посланником в императорскую канцелярию; в любое время ночи он может разбудить императора и сказать, что министр полиции должен сделать важное сообщение".
"Как вы думаете, это часто случается?" - спросил один из молодых людей.
"Возможно, не очень часто, - ответил доктор Бронсон, - но как часто люди со стороны не могут знать. В обычные времена министр вряд ли когда-нибудь воспользуется своим правом, так как неразумно будить императора от крепкого сна, особенно если у вас плохие новости для него. Но когда убийцы устраивают заговоры по всей столице и дворцу, безопасность императора может легко потребовать от него личного предупреждения. В таком случае министр внутренних дел без колебаний выполнит свой долг."